Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Про последствия закупок

" А мы да, накупили еды на три недели вперед ! Правда, всё съели за неделю, так что пойдем ещё впрок закупаться!"
- вот такие признания совсем не редкость...
Продукты сейчас очень доступны, цены на них невысоки, вкусовые качества - тоже хороши ! Отчего бы и не устроить себе праздник живота ?
Делать-то нечего, приходится наедаться...
По сети ходит очень грустная шутка-насмешка:
" ну что, ЗОЖ-ники физкультурники, позакрывали все ваши фитнесс-залы да стадионы ! А вот наши алкогольные отделы - всеработают !"

Поневоле вспомнишь еще одну шутку времен Холодной войны:
" В ходе нашей борьбы за мир камня на камне не останется !"

Вся эта "борьба с вирусом" именно такого характера. Благодаря применению совершенно неадекватных мер вреда от них будет несравненно больше , чем пользы.
Уверен, что будет ещё то время, когда придется стыдится всем тем, кто эти меры придумывал и применял. Это сейчас мы слышим гордое рычанье про то, что "Это сё надо-надо-надо!". Потом же герои этих мер будут делать вид, будто они к этому непричастны.

Из плена - в фильтрационный лагерь

Русские в плену у немцев. Голодовка, тяжкий труд а потом наш фильтрационный лагерь. Но в советский лагерь после немецкого попали только каждый пятый.

«Последние дни плена. Работы кончились. Кончилась и кормежка. Пухнем с голоду, лежим на нарах и медленно умираем. Незадолго до прихода американцев вдруг завезли хлеб, но быстро распространился слух, что он отравленный, решили уморить оставшихся. Все лежали на нарах, не брали этот хлеб и старались сохранить последние силы. И вот в одно утро в лагерь въехала американская моторизованная часть. Американцы пришли в ужас от увиденного и быстро организовали питание, но непрерывно по громкоговорителям призывали начинать есть понемногу, а то отравитесь. Многие из нас не могли терпеть и набрасывались на еду. Теперь смерть наступала от переедания. Сосед Принца объелся, и его не удалось откачать.
Всех оставшихся тюремщиков арестовали и устроили суд Линча. Собрали всех пленных, а напротив построили тюремщиков. Американец шел вдоль шеренги, тыкал очередного немца рукой или автоматом и обращался к пленным: пощадить или миловать? Если толпа гневно ревела, его бросали в толпу пленных — решайте сами. Особо ненавистных тюремщиков и охранников тут же приканчивали. Главари тюремщиков, конечно, заранее исчезли.
Вскоре после окончания войны началось перебазирование пленных в советский фильтрационный лагерь. Некоторые, боясь репрессий от наших органов, остались у американцев. Так, старший по бараку провожал уходивших солагерников со слезами: „Так хочу домой, но нельзя, загребут как пособника немцев, даже сообщить родне «что живой, боюсь“. Его уговаривали: „Не бойся, покажем, что никакой ты не пособник, просто назначили, а отказаться было нельзя…“ — „Нет, знаю я наши органы, загребут за милую душу, а вы все разъедетесь, да и, скорее всего, испугаетесь говорить правду, а не испугаетесь, то вряд ли вас слушать будут…“ Он, конечно, был прав. „Фильтровали“ сурово и часто несправедливо. Вот и наш лагерь. Пристрастный допрос, часто он повторялся несколько раз подряд. Где-то проверяли показания, а затем выносилось решение, напоминающее приговор. В благоприятном случае решение выглядело примерно так. Вы сдались в плен, значит, нарушили присягу и заслуживаете наказания, но, учитывая обстоятельства пленения и конец войны, освобождаетесь от ответственности и направляетесь в часть для продолжения службы. Если решение неблагоприятно (мол, сдался добровольно, бежал из части, похоже(?!), что служил у немцев или, не дай бог, у власовцев, а еще чаще с формулировкой: ваши показания не подтверждаются, причем без объяснений), тут же брали под стражу и направляли в отдельную команду, которую отправляли на доследование, а то и прямо в наши лагеря. Процентов 20 из нашего лагеря загребли таким образом».»

Отрывок из книги: Владилен Александрович Орлов. «Судьба артиллерийского разведчика. Дивизия прорыва. От Белоруссии до Эльбы». Apple Books.

Ступени сравнения

Все-таки возможность вживую поездить и сравнить- великое дело.
В подростковом возрасте я пожил, так скажем, на перепутье, а именно - в городе Винница, это который на Украине, если кто не знает.
Располагался он между "нутряной Россией" (то есть советским центром, с его "третьей категорией снабжения"), и воточноевропейскими братскими социалистическим странами.
То и дело через жд вокзал проскальзывали поезда из Польши да из Чехии, с любопытствующими туристами-посетителями.
Эти товарищи выглядели заметно по-иному, и первое, что было на их лицах - выражение грусти и сожаления при виде картин, открывавшимся им в Советском Союзе.
"Ну разве можно так жить ! Мы то, в своих Чехословакиях и Польшах, живём убого, бедновато, то ли дело заграничные ФРГ и Австрия с Италией ! Вот там житуха! Вот там заработки ! Вот там магазины с товарами, не то что наше родное социалистическое убожество!

Винницу они считали вариантом какой-то барачной колонии - поселения, в которой должен быть один ларек со строго ограниченным и скуднейшим ассортиментом.
Но я-то в этом городе жил, и я так не считал !
У нас на прилавках города второй категории снабжения был постоянно один-два вида колбасы ! Постоянно то и дело бывал сыр, и я даже вспоминал, что его есть три сорта, и что мама любит один, а папа другой ! Что был выбор шоколадных конфет ! И , если подловить время, то можно после очереди в магазине, купить набор "Стрелы", которая "Птичье молоко!" А в "Детском мире"- так выбрасывают моднючие куртки из Пакистана, не хуже чешских и гэдээровских !
Весь учебный год я был "зажравшимся".
А потом - ехал на лето в Куйбышевскую область. Какая это была категория снабжения - легко узнать, напоминать не буду.
И там я мигом превращался в ... чеха-поляка в Виннице! Да... Отстой еще тот. Горы страшных советских туфель и сандалий в обувных магазинах, и самое ужасное, толпы людей, которые эту продукцию покупают и носят. Я сам, к слову, тоже это носил, но утешал себя тем, что " все так ходят", и школьные приятели меня не видели, да и жить приходилось в основном в деревне, а там любая одежда была "для работы",то есть не жалко порвать-испачкать. Люди смотрели на сыр как на лакомство, и с ненавистью на тех, кто спрашивал о том, какой у этого сыра "сорт". Шоколадные конфеты - украшение стола, лакомство - это вафельный торт "Север". Завоз худеньких кур в заводскую торговую точку к чертям собачьим срывал работу завода до конца дня, все бежали за этими курами, а потом до конца дня счастливчики пребывали от покупки в нерабочем восторге, а у несчастных - не поднимались руки работать.
"Ну разве можно так жить?" - спрашивал я приятелей, и получал полные ненависти взгляды.
И вы думаете, эти люди почитали себя несчастными ? Какое там!
И тут была потребительская гордость !
" У нас ещё ничего ! Завозят! "Выбрасывают "! А в Чапаевске и этого нет !"
И правда ведь ! Чапаевск - - это погоня за рыбой консервами, постоянно есть макароны,битый грязный рис, горчица и окаменевший в банках мёд. Ну да, хлеб вообще -то тоже был, но нетёплым его уже было трудно есть. Так что лучше после 16.00 не покупать. И оттого рацион горожанина, который жил без своего огорода ( то есть как в какой нибудь первой половине 19 века) был, в самом деле, как у сидельца в СИЗО.
Рассказы о том, какие вещи есть на чехах и поляках, всерьёз не воспринимали,и на себя ну никак не проецировали, это было досужей болтовней какого-то барчука, на уровне " форма жизни в Марианской впадине".

При всём при этом я оставался правоверным октябренком-пионером-комсомольцем,да-с. Никакого когнитивного диссонанса в голове не возникало. И- что удивительно ! - этим я тоже отличался от что чехов-поляков, что жителей районов с несчастной категорией снабжения. Эти не верили ни во что, и бравировали своим нигилизмом.

Про домашние заготовки


А ведь они, заготовки эти, казались когда-то чем-то вечно-незыблемым.
Почти в каждом доме, каждой квартире под кроватями, в погребах, да порой и на шкафах стояли ряды пузатых трехлитровых и литровых банок, "закруток" со своего огорода: тут тебе и вишнёвые варенья, и соленые огурцы с помидорами, и даже домашнее сало.
Ими гордились.Их упоминали, как признак трудолюбия и хозяйственности.
То и дело они появлялись на столах во время праздников.
А потом - потом они почти исчезли. Исчезли они не совсем, они вполне сохранились среди малообеспеченного населения - и тем самым вдруг проявили свою настоящую суть...

Земельный участок почти никогда не рассматривался советским человеком как место для праздного и бездельного времяпровождения. Все эти сотки и брались именно затем, что бы их обрабатывать, постоянно выращивать, и не абы что, а - практически -полезное. Плодово-ягодные и овощные, фруктовые культуры доминировали. Участки с мягкой травкой да с цветочками можно было наблюдать или уж у совсем крутых партийных начальников, или у дельцов теневой экономики. Ну а советский человек - на участке работал, возделывал землю, выращивал что мог.
И урожай, хоть и не супербогатый ( а с чего ему было бы быть богатым, выращивание шло на любительском уровне)- получался. Ну и... как же его было сохранить ? Продать этот урожай за деньги было и трудно , и глупо. Трудно, потому что переть его куда-то на загот.базу, там ждать в очереди, и потом получить гроши за свой годовой труд было обидно, очень. А глупо - оттого что такую гарантию питательных запасов при периодической пропаже из торговли то одного, то другого, отдавать в общий социалистический котел никто не хотел.
Надо было это всё - сохранять. И причем сохранять стремительно: урожаи вишни, яблок,огурцов и помидор, малины, смородины и крыжовника, наплывали подряд, порой пересекались, и над было быстро-быстро, пока свежие плоды не попортились, что-то с ними делать.
И делали ! В тазах и корытах, ведрах и огромных кастрюлях замачивали в рассоле или заваривали в сахаре урожай, распихивали по банкам.
А потом - ели в течение года. Считалось - вкусно. И ни у кого не поворачивался язык назвать результат труда - невкусным. Это как женщине напомнить о её почтенном возрасте - та имеет законное право искренне обидится,и все ее поймут.
При этом о высоком кулинарно-заготовительном искусстве речи не было, старались сделать побыстрее и подешевле. Первым достоинством продукта было то, что он просто не портился в своей банке за год.

А время шло, страна менялась, общество менялось, и вкусы менялись. Вкусы- улучшались, становились более требовательными. Оказалось, что засахаренная пере вареная вишня - не универсальная ягодная сладость. Полки магазинов стали ломиться от тех же фруктов ( а так же от фруктов "не тех"- всяких тропических-экзотических), но в более профессиональной, машинной обработке. И вкус их стал... да, да , лучше ! Даже простенькие огурцы - и те оказались лучше именно в магазине.
Дачи стали стремительно избавляться от грядок и плодовых деревьев. Теперь если они и оставались - то в качестве баловства, или дани уважения детишек упертым по своей сельхоз.воспоминаниям престарелых родителей. Есть эти едкие помидоры и огурцы со странным вкусом было стрёмно. Ну разве что под водку ! Но и от водки люди стали отходить в пользу более дорогих и изысканных напитков. А закусывать дорогое спиртное соленым родным помидорчиком было не комильфо.
И в итоге - советская традиция оказалась вытеснена и на периферию сознания, и на периферию общества. Теперь это не уважаемое занятие, а непривлекательное хобби пенсионеров, да признак бедности.

Как русские ввозят на Украину товар , выдавая его за белорусский

Вот так-то !
Мы-то привыкли к тому, что Беларусь является перевалочной базой для украинских и европейских продовольственных товаров,которые ввозятся в Россию в нарушение санкционных запретов. Но, оказывается, и Россия может использовать подобный агрессивный способ для увеличения своего экспорта !

Аналитики Украинской плодоовощной ассоциации (УПОА) сообщают, что критическая ситуация с ростом импорта картофеля в страну достигла своего апогея в октябре 2019 года. В ноябре снова был обновлен рекорд импорта - в страну ввезли 92,6 тысячи тонн товарного картофеля - больше, чем когда-либо в истории Украины за весь год. Всего же с начала сезона 2019/20 лет в Украину уже импортировано более 142 тысячи тонн картофеля, что в 529 раз больше, чем за тот же период предыдущего сезона.
"Несмотря на то, что картофель является наиболее потребляемым в Украине продуктом плодоовощной отрасли, если верить данным статистики, объемы его продаж в натуральном измерении в сетях супермаркетов страны меньше, чем, например, объемы продаж цитрусовых или бананов", - рассказывает Андрей Ярмак, экономист инвестиционного департамента продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО). "Получается, что в октябре в Украину было ввезено около половины годового объема продаж картофеля сетями супермаркетов, а это уже очень существенно", - отмечает эксперт. Сейчас цены на картофель в Украине выше, чем в Польше в среднем на 10 центов США за кг, и выше, чем в России - на 20 центов США за кг, то есть более чем в два раза. И хотя картошка в Украине официально поставляет, в основном Беларусь, где цены вдвое ниже, чем в Украине, но значительная часть этого картофеля имеет российское происхождение. Да и прямые поставки картофеля в Украину из РФ также осуществляются, поскольку оказывается, запрета на такие поставки нет.

https://www.unian.net/economics/agro/10750407-ukraina-ustanovila-rekord-po-importu-rossiyskogo-kartofelya.html

"Никто"

Никто не штопает носки. И уж если совсем поглубже в историю - никто из тех, кому меньше шестидесяти, не знает, что такое перелицевать костюм или пальто.

Никто уже не чистит ковры первым снегом или соком от квашеной капусты.

Никто уже не протирает тройным одеколоном головку звукоснимателя в кассетном магнитофоне. Как и не склеивают лаком зажеванную плёнку в кассетах.

Никто уже не вырезает телепрограммы из субботней газеты и не подчёркивает в ней интересные передачи, на которые нужно успеть.

Никто уже не посылает сервелат в посылках.

Никто уже не хранит пустые пивные банки в серванте.

Никто уже не подвешивает на переднее зеркало в автомобиле чёртиков и рыбок-скалярий из трубок от капельницы.

Никто уже не хвастает умением разжечь спичку, чиркнув об оконное стекло или об штанину.

Никто уже не считает, что лучшее средство от кашля - это банки или медовый компресс на ночь.

Никто уже не вешает ситечко на носик чайника.

Никто уже не заправляет одеяло в пододеяльник через дырку посередине.

Никто уже не стирает полиэтиленовые пакеты.

Никто уже каждый вечер не заводит часы и будильник.

Никто уже не разбрызгивает воду изо рта во время глажки брюк.

Никто уже при виде знакомого не подходит к нему незаметно сзади и не закрывает ему глаза - угадывай, мол.

Никто уже давно не чистит зубы зубной щеткой с натуральной щетиной. Странно, а они были самыми дешёвыми.

Никто уже не подает покупные пельмени, в качестве главного блюда на праздничном столе.

Никто уже не наворачивает вату на спичку, чтобы почистить ушные раковины.

Никто уже не помнит чем отличается синяя стёрка от красной... А я помню! Синяя стирает карандаш, а красная - стирает чернила и проделывает дырки в бумаге.

Никто уже не считает, что банный день должен быть один раз в неделю…

Никто уже не коллекционирует полезные советы из отрывных календарей.

Никто уже не наклеивает переводилки на кафельную плитку.

Никто уже не ходит в фотоателье, чтобы сделать ежегодный семейный портрет.

Никто уже не украшает стены квартиры выжиганием или чеканкой собственного изготовления.

Никто уже не вяжет банты на гриф гитары

Никто и не вспомнит, что когда футболка торчит из под свитера - это называется "из под пятницы суббота" и вообще это просто неприлично!

Никто уже не оставляет масло в сковороде "на следующий раз".

Никто уже не мечтает задать Знатокам вопрос, на который бы те не смогли ответить.

Никто уже не боится, что сливной бачок в один прекрасный день всё-таки упадет на голову.

И никто уже давно не слышал свежих анекдотов про Штирлица и Василия Ивановича.

Грустно...

Мы будем первым поколением, что не оставит от себя следов

Мы не оставим своих писем. От себя из юности, когда так остро и неразделённо, а позже понимаешь, что не с тем. Мы не оставим писем от себя постарше, для друзей, с которыми тоскуем по неважным прежде дням. Мы не оставим своих почерков, затертой, мятой, сложенной бумаги, конвертов с адресами, штемпелями, именами тех, кому и от кого.

Мы не оставим фотографий. Они все сгинут в электронной суете. Нам и сейчас уже не вынуть свой фотоальбом, нам и сейчас не надписать на обороте - нету оборотов. Мне негде написать, что это я, а это Женька, это Машка, это мы. Тогда-то, там-то, было хорошо.. Не повертеть в руках, не помолчать, не вспомнить. А как уйдём - не передать другим. Мы не оставим своих лиц. Себя и тех, кто был для нас вселенной, жизнью, мыслью по ночам.

Мы не оставим дневников. Коротких, длинных, умных или нет. Никто не сможет прочитать, в чём были мы и наши дни. Уже мы сами, через время, их не сможем прочитать. Не завели и не продолжили, не вывели в бумагу на печать, ни для себя, ни детям, никому.

Мы будем первыми, кто не оставит от себя следов.

Вся наша жизнь хранится в электронном виде. В компьютерах, которые стареют и горят, на дисках, флешках, серверах каких-то соцсетей, которые пропали если - что тогда?

Не будет мемуаров, дневников, записок, писем, фотографий разных лет. Не будет биографий, почерков, всего, что для кого-то остаётся нитью к нам, ушедшим навсегда. Мы будем первыми, кто растворится без следа.

Привет, эпоха гаджетов, компьютеров и соцсетей.

Ты умудрилась нас стереть.