September 16th, 2021

"Мы индивидуального террора не признаем !"

     Процессы над шпионами и террористами широко освещались в газетах, по радио и на специальных митингах и собраниях. Во время суда над Радеком первый секретарь  Ленинского райкома Д. 3. Протопопов рассказал, что «одна старуха шестидесяти лет, имеющая сорокалетний производственный стаж, по-женски подходит к событиям, она с сожалением говорит, что, может быть, не надо расстреливать. А когда ее спросили, читала ли она вчера и сегодня газеты, и когда ей объяснили, о чем идет речь, то она сказала: «Если так, то я сама расстреляю». Согласно отчету секретаря парткома «Красного октября», «во всех цехах митинги прошли с большим подъемом, и все кричали о расстреле этих гадов. Когда рабочие слушали читку по радио, то у них вырывались крики проклятия этим мерзавцам и требования расстрела». Беспартийная работница Евсеева с двадцатилетним стажем сказала: «Жалко терять пуль на этих гадов, лучше бы их облить каустиком и зажечь». (Ей объяснили, что в Советском Союзе такие наказания не применяются.) На собрании сотрудников Дома правительства один из инструкторов по военной подготовке сказал: «Я был бы согласе взять командировку в капиталистические страны, разыскать Троцкого и убить его (Ему объяснили, «что это не отвечает программе нашей партии, что мы индивидуального террора не признаем»)».
Юрий Слёзкин «Дом правительства. Сага о русской революции»




Крокодил 1985 № 27 (306) "Уважаю профессионалов"

УВАЖАЮ ПРОФЕССИОНАЛОВ ( интервью у Эльдара Рязанова)

Над тем, как написать рязановский «автограф», я долго не раздумывала—это должен быть сценарий, где на сей раз мастер кинокомедии выступит не в качестве автора или постановщика, а в роли главного героя. Разумеется, положительного.

Поделилась идеей с режиссером. Он задумался и молчал довольно долго.

- Давайте попробуем,- наконец сказал Эльдар Александрович.- В основе каждого произведения лежит характер главного героя. Стало быть, начнем с разработки моего характера.

Я доверчиво согласилась, не подозревая, что меня ожидает.

- Характер у меня отвратительный, - грустно сказал Рязанов, - а точнее, ОТВРАТИТЕЛЬНЫЙ РЕЖИССЕРСКИЙ ХАРАКТЕР, поскольку в основном его испортила профессия. До столкновения с комплексом, именуемым «постановка комедии», я был довольно приятным, уступчивым и мягким человеком.

Все началось с «Карнавальной ночи». Каждого из приглашенных режиссеров, а

дело было в 1956 году, директор «Мосфильма» Иван Александрович Пырьев пытался заставить делать кинокомедию. Он сам поставил немало веселых фильмов и очень любил этот жанр. Но все шарахались от комедии, как от огня. Почему-то никто из молодых режиссеров, приходивших в то время на «Мосфильм»,

Collapse )