June 23rd, 2021

"Для хороших людей советской власти ничего не жалко !"

















«Помимо однодневных домов отдыха (в основном зимних) и месячных санаториев (в основном, по примеру Сталина, осенних), важным местом отдыха были подмосковные дачи, где некоторые из жен и большинство детей и стариков жили все лето (и, при наличии утепленных дач, во время зимних каникул). Мужчины обычно приезжали на выходные. Большинство дач принадлежало государственным учреждениям, которые распределяли их в соответствии со статусом кандидатов, но с начала 1930-х годов высшие чиновники стали покупать свои собственные «кооперативные» (а фактически частные) дачи. Самая высокая концентрация госдач образовалась в Серебряном Бору, к западу от Москвы.
<...>
Самые престижные дачи располагались на высоком берегу Москва-реки вверх по течению от Серебряного бора. Некоторые представляли собой усадьбы, разделенные на несколько квартир, или дома отдыха с постоянными жильцами.
<...>
Но большинство дач строилось по заказу, по одной на семью внутри «дачных поселков». По воспоминаниям дочери Осинского Светланы:
При постройке дачи в Барвихе (государственной, конечно) отец распорядился обнести огромный участок высоким забором — это чтобы никто и ничто не мешало. На участке устроили теннисный корт, волейбольную и крокетную площадки, гимнастическую площадку для детей. По высокому обрыву к Москва-реке построили длинную-длинную лестницу. Насадили целое поле клубники, фруктовые деревья, ягодные кусты. На участке был небольшой лесок, где произрастали грибы; овраг, масса укромных мест; в отдалении от главного здания стояла, как ее называли, беседка, а на деле — маленький деревянный домик для занятий отца. А каков был главный дом! Деревянный, в два этажа, десять комнат, открытая и закрытая террасы, водопровод, канализация, ванная. Рояль в большой столовой.
Все участки обносили заборами, чаще всего зелеными.
<...>
Дача Керженцева была построена по его собственному проекту — с раздвижными стенами между комнатами и большой верандой с раздвижными стеклянными рамами.
Соседнюю дачу снимала на лето Елена Усиевич; ей предложили дом в писательском поселке в Переделкине, но она предпочла не обзаводиться собственностью. Она приезжала по выходным в машине отца, Феликса Кона; ее дочь Искра-Марина проводила почти все время с Инной Гайстер и Наташей Керженцевой.
Дача Розенгольца, находившаяся неподалеку, в Горках-го, была построена по проекту его сестры, художницы Евы Левиной-Розенгольц: внизу большая гостиная, кабинет с террасой, студия Евы, столовая с длинным столом на 50 человек и террасой, кухня и комнаты для прислуги (в одной из которых шоферы ждали хозяев); наверху две спальни, гостиная, ванная, туалет и бильярдная, отделенная от гостиной крытым переходом. По словам посла США Джозефа Дэвиса, побывавшего там го февраля 1937 года: «К дому от шоссе вела извилистая красивая дорога. Из большого и удобного дома открывался прекрасный вид во все стороны на заснеженный пейзаж. Комнаты были со вкусом обставлены тяжелой современной немецкой мебелью».
У Ефима Щаденко и Марии Денисовой была шестикомнатная двухэтажная дача в Красково-4, к востоку от Москвы.
Одна из самых больших дач (3150 м3, в Баковке недалеко от Осинских) принадлежала бывшему командиру Щаденко по Первой конной, Семену Буденному. В декабре 1937 года на участке располагались яблоневые, грушевые, сливовые и вишневые сады, 40 кустов крыжовника, 207 кустов малины, вороная кобыла Маруська, черная корова Верба, рыжая корова Война и безымянная свинья весом 250 кг».

Юрий Слёзкин «Дом правительства. Сага о русской революции»









Крокодил 1985 № 22 (222) " Вилы в бок!"

                                         ВИЛЫ В БОК !

                                                                В ТАКОМ РАЗРЕЗЕ
   Если рассмотреть геологический разрез одного из красивейших уголков Приазовья—Аршинцевской косы, что находится близ Керчи, то получим следующую картину. Над древнейшими - 66 миллионов лет- породами мезозоя и палеогена лежат глины и известняки
миогена толщиной до шестидесяти метров. Двенадцать миллионов лет потребовалось природе, чтобы сформировать из ракушечника, глин и песчаников следующий слой. Полтора миллиона лет ушло на десятиметровый слой четвертичного периода. Зато, чтобы возник очередной слой, состоящий из стекла, консервных банок, ржавого железа, битого кирпича, штукатурки, мазута и прочего мусора, понадобилось всего четыре года.
Collapse )