November 19th, 2020

Жителей Туркмении вернули в эпоху советского дефицита

Жителей Туркмении вернули в эпоху советского дефицита

Из Туркмении приходят необычные для XXI века новости: в стране возник острый дефицит продуктов. Гигантские очереди выстраиваются в государственные магазины – люди пытаются купить мясо, молоко, сигареты. Очереди даже к банкоматам, в которых быстро заканчивается наличность. Что происходит в Туркмении и почему она словно вернулась в советское время тотального дефицита?

Пока в Карабахе шли последние ожесточенные бои, на другом берегу Каспийского моря президент Туркмении Гурбангулы Бердымухамедов торжественно открыл памятник собаке. 15-метровую позолоченную скульптуру под названием «Туркменский алабай» возвели в элитной новостройке. В мероприятии, несмотря на пандемию, вынуждены были участвовать сотни людей. Президент Тукрмении настолько любит алабаев, что помимо памятника в честь этой породы пишет и книги о ней (впрочем, о конях тоже).

На фоне таких радостных новостей из этой удивительной страны просачиваются и совсем иные известия. С началом октября в Туркмении обострился продовольственный кризис. У государственных магазинов, где товары продают по фиксированным низким ценам, выстраиваются очереди. В Туркмении есть и частные магазины, где всегда широкий ассортимент, но цены в них в несколько раз выше.

Туркмения крайне закрытая страна. Местной независимой прессы нет и никогда не было, а работа иностранных журналистов запрещена. Информацию из такого государства удается получать благодаря деятельности ряда изданий, у которых имеются в стране корреспонденты, работающие на подпольном положении.

Так, 19 октября интернет-портал «Хроники Туркменистана» сообщил, что у продуктовых магазинов Ашхабада продолжают выстраиваться очереди. При этом тем, кто покупает дефицитные продукты (сахар, растительное масло, окорочка), в обязательном порядке приходится покупать и невостребованные печенье или лапшу быстрого приготовления. В этих же магазинах с шести утра продавали яйца по 11 штук на человека, но они быстро закончились.

22 октября, по ряду сообщений, Бердымухамедов провел совещание с членами правительства и поручил обеспечить «продовольственное изобилие» перед грядущими праздниками. Однако в ноябре ситуация только ухудшилась.

Как сообщает радио «Азатлык» (филиал «Радио Свобода») в Ашхабаде, у государственных магазинов практически круглосуточно сохраняются огромные очереди. «Продолжается ажиотаж с приобретением продуктов по фиксированным ценам в государственных магазинах. Сейчас очередь занимают с 23 часов, стоят до часу ночи и составляют списки. А утром приходят, и начинаются ссоры с теми, кто пришел в четыре или пять утра. К тому же утром приходят регулярно инвалиды и ветераны Афганистана. Доходит до драк», – сообщил 13 ноября корреспондент «Азатлыка».

Также, по словам журналиста, продавцы государственных магазинов используют хитрости, чтобы уменьшить очереди. «Иногда продавцы вывешивают объявления, что яиц нет, и часть людей уходит, а яйца продают. Где-то яйца продают без нагрузки [дополнительных товаров], где-то с нагрузкой, как и сахар и куриные ляжки. Где-то раньше давали упакованный комплект, куда входили и яйца, и сахар, и ляжки, и была общая нагрузка, как правило, рис на десять манатов».

Подобной ситуации нет сегодня ни в одной бывшей советской республике. Даже в нищем Таджикистане не было такого дефицита элементарных продуктов. Как до такой жизни смогла дойти Туркмения с населением в пять миллионов человек и с гигантскими (четвертыми в мире) запасами природного газа?

Неэффективность государственного управления

Поскольку Туркмения остается одной из самых закрытых стран планеты, любые комментарии относительно ситуации там следует делать с оговоркой – «насколько нам известно». В условиях современного информационного уклада экономики скрыть наиболее заметные явления не удается, но знание деталей, конечно, помогает делать более взвешенные оценки и прогнозы.

«В 2017 году президент Бердымухамедов принял решение отказаться от существовавшей десятилетиями практики бесплатного предоставления гражданам Туркмении коммунальных услуг, включая газ, воду и электричество, – сообщил газете ВЗГЛЯД доктор экономических наук Станислав Ткаченко. – Эксперты сделали вывод о бедственном положении государственного бюджета и неэффективном госсекторе, поглощающем через целевые кредиты огромные средства для финансирования неэффективных производств в промышленности и аграрной сфере».

За прошедшие полгода нормы отпуска продовольствия снизились примерно наполовину, и приобрести его можно только после долгого стояния в очередях. То есть население сегодня испытывает нехватку элементарных продуктов питания, а также сигарет, которые они могли бы приобрести в государственных магазинах по низким ценам. А в действующих в стране частных магазинах цены слишком велики для большинства граждан и не позволяют обеспечивать семьи продуктами.

«В середине октября 2020 года президент Туркмении отметил успехи заместителя председателя кабмина Чары Гылыджова в деле сокращения импорта продовольствия в страну. Это крайне сомнительное достижение для государства, которое в силу своего климата и географического положения обречено на импорт значительных объемов продовольствия. Не в силу каких-то особых кулинарных пристрастий своих граждан, а просто для того, чтобы свести баланс спроса на продовольственные товары первой необходимости.

В условиях падения доходов от экспорта энергоносителей из-за снижения цен на них растущие очереди в государственные магазины – верный признак обострения экономической ситуации в стране. И это уже в ближайшем будущем может иметь неблагоприятные социальные последствия, даже в такой закрытой от внешнего мира стране, как Туркмения», – полагает Ткаченко.

До пандемии коронавируса Туркмения закупала значительное количество продовольствия в Иране. После закрытия границ с этой страной с прилавков магазинов исчезли иранские овощи и фрукты. Это привело к необходимости значительно увеличивать их поставки из других стран. Например, объемы импорта картофеля в Туркмению из стран, входящих в Евразийский экономический союз, за первые восемь месяцев текущего года составили 34,3 тыс. тонн, это в 6,7 раз больше по сравнению с тем же периодом прошлого года. Также вырос импорт лука и некоторых других видов овощей.

Позапрошлый век

Уникальную туркменскую модель управления государством заложил еще первый президент Сапармурат Ниязов, который официально взял себе скромный титул «Туркменбаши [глава туркмен] Великий». В стране насадили культ личности, несравнимый даже со сталинскими временами.

Следующий президент, нынешний глава государства Гурбангулы Бердымухамедов, взявший титул «Аркадаг» [покровитель], продолжил практику собственного возвеличивания. Вместо управления государством он одну за другой пишет книги, показывает мастер-класс по управлению гоночными автомобилями, учит силовиков стрелять, а аграриев – заниматься сельским хозяйством.

Во время рабочего визита в Балканский велаят Бердымухамедов принялся читать народные пословицы представителям местной администрации и агрономам. «Если осенью не вспашешь, то потом хоть сто раз вспаши» или «Политая земля – с плодами, безводная – с ветром». Эти и другие пословицы аграрии старательно записывали. Слова Аркадага в принципе все всегда записывают, как школьники в тетрадках во время урока. Даже на совещаниях с участием министров государственные мужи вынуждены делать записи.

Иностранных зрителей веселят картинки подобного рода, но каково людям на местах там жить, если даже чиновников унижают как детей? Так далеко даже товарищ Ким Чен Ын не заходит. Но поскольку границы открыты, многие туркмены предпочитают эмигрировать, в особенности оставшееся после распада СССР русскоязычное население. В этом году под предлогом эпидемии власти закрыли последние русскоязычные школы, которые рискуют так и не открыться вновь.

Тотальная идеология культа личности давит на всех, строгие советские нормативы частично отменили, частично они остались и усилились, при этом отменили все социальные блага, которые были своеобразной компенсацией. В особенности не повезло сельскому населению. В соседних странах – Казахстане, Киргизии, Таджикистане – в 90-е годы власти подарили крестьянам колхозные угодья. «Берите землю, а дальше ваши проблемы» – так можно охарактеризовать политику этих стран. Тем не менее это позволило фермерам перейти на рыночные рельсы и производить элементарные продукты, которые они самостоятельно везли на местные рынки. В Туркмении же вышел гибрид с элементами плановой экономики, который невозможно описать научным языком.

Раньше весь дефицит продовольствия покрывался за счет государственных субсидий, но обвал цен на углеводороды уже не позволяет вернуться к прежней практике. Кроме того, сейчас весь туркменский газ поставляется в Китай, который монопольно диктует цены и не спешит наращивать импорт. Судя по всему, текущая модель экономики Турменистана находится на грани краха.

Крокодил(5)-1985. "Контрольная закупка"

            Нет, не чуяла красавица Светлана, что золотой июльский день вдруг покажется ей чернее самой зловещей ночи. И очередь к прилавку стояла смирная, не задиристая. И реял над головой Светланы убедительный рукописный плакат:
У НАС В МАГАЗИНЕ ОБСЛУЖИВАЮТ:
НЕТЕРПЕЛИВЫХ—ТЕРПЕЛИВО,
ГРУБЫХ—ВЕЖЛИВО,
РАЗДРАЖИТЕЛЬНЫХ—СПОКОЙНО!
           Но в тот момент, когда красавица Светлана царственным жестом ссыпала с весов в очередную авоську два кило помидоров и килограмм моркови, в торговом зале магазина № 106 Дарницкого района города Киева прозвучала роковая фраза:
      — Контрольная покупка!..
        Тихонько прозвучала.
         Но эффект был такой, будто над продавщицей с оглушительным громом разверзлись небеса. Помертвев, она ухватилась рукой за прилавок, чтобы не грянуться на пол... А дальше началась малоинтересная канитель: высыпание помидоров и моркови из авоськи на расстеленную газетку, установка контрольных весов, констатация изрядных недовесов: помидоров — на 120 граммов, моркови—на 230, и составление акта по этому поводу.
           Правда, красавица Светлана слегка оживила всю эту нудную процедуру, пытаясь тайно подсунуть громадный помидор, принесенный ею под фарту­ком. — Лежал он тут! Лежал!..—-кричала она звучным контральто, слышным, должно, быть, на Подоле. Но тут директор магазина Людмила Александровна поморщилась, не то от силы звука, не то от неловкости ситуации, и приказала: — Ладно, иди, Некрасова, со своим помидором! Без тебя разберемся!.. И пристыженная продавщица сгинула в катакомбах пустующей тары.
           Недовес, впрочем, был, как говорят рыбаки, случайным приловом к основному улову. И потому контролеры продолжали вертеть в руках морковку, дотошно констатируя: на весьма неполное кило моркови двадцать граммов земли, двадцать пять граммов мелочи, не подлежащей продаже, тридцать граммов—негодные по диаметру. Да еще недовес. И с луком, кстати, та же история..
— Известно ли вам,— сурово спросили у директора контролеры, закончив свои манипуляции,— что корнеплоды моркови должны быть неувядшими, нетреснувшими, немокрыми и незагрязненными? У вас же они без «не»! Известно ли вам, что лук репчатый свежий должен быть вызревшим, здоровым и цельным? То есть соответствующим государственному стандарту! Есть у вас специальная книжечка со стандартами?
— А як же! — с хорошо разыгранной уверенностью воскликнула директор и зашуршала бумажками в ящике стола. Минут через двадцать эти явно бесплодные поиски ей наскучили, и она подняла на контролеров вопрошающие очи:
— Где ж они есть, эти стандарты, а? Ведь должны же они быть, а?
— А як же!—поддержали ее контролеры. Но стандарты так и не нашлись. Не нашлись они и в магазине «Овощи-фрукты» № 313 на другом конце города.
— Чего, чего? — переспросила там чернобровая девица, с отвращением отгребая семнадцать килограммов щавеля, сгнившего за этот день.
— Стан­дарт? Какой там еще стандарт?.. И усмехнулась, точно услыхала развеселую шутку.
— И вот так в любом магазине! —горестно вздохнули работники Украинского центра стандартизации и метрологии, входившие в группу упомянутых контролеров вместе со спецкорами Крокодила.
— Что вы заладили: стандарт, стандарт!—возможно, возразит нам кто-то.—Будто гниль на глаз не видна!
— А сколько раз,—возразим мы возражающему,—вас в магазине одерги­вали: «Тут вам не рынок! Это вы там выбирайте!» Тут бы и ударить по рукам нерадивому продавцу твердым стандартом.       
       Но... Каждый новый сезон, будь он футбольный, охотничий или театральный, всегда связан с надеждой, что он станет удачней предыдущего. Это относится и к овощному сезону. Мы очередной раз уповаем на то, что капустный кочан в магазине будет не так черен, как в прошлом году, и редиска не столь трухлява, и от помидора не станет за версту разить затхлостью. Чудо ли, что мы, сделав в Киеве одну контрольную покупку, сразу же попали в точку? Чудес не бывает. Год назад во время рейда местных контролеров таких покупок было сделано 139. И в 97 из них овощи и фрукты не соответствовали стандарту. Из проверенного лука оказалось загнившим 28 процентов, а картофеля даже 87. И это лишь в нескольких магазинах. А если проверить все?     
          Знаем, знаем, милый наш читатель, скучно жевать бесконечную сухую цифирь. А негодный продукт разве веселее? Вот являешься, к примеру, на званый обед. В нужный момент хозяйка несет миску с дымящимся вареным картофелем. Берешь на изготовку вилку, но она изумленно повисает в воздухе. Мать честная! Каждая картофелинка являет собой причудливую фигурку, словно бы сработанную неким умель­цем. Откуда же переняли этакую заковыристую закусь? Не новая ли мода завелась?
         — Уж извините,—рдеет меж тем хозяйка,— картошка магазинная. Замоталась, не успела на рынок заскочить. Нет, не для красоты блюда проявила хозяйка на кухне свое поистине филигранное мастерство. Она просто вырезала из морщинистых клубней то, что не годится в пищу. Но, позвольте, ведь за выброшенное на помойку тоже деньги плачены. Ведь мы и нестандарт, и гнилье, и даже землю покупаем по ценам на действительно стандартную продукцию. И тратимся, между прочим, из семейного бюджета. Так что те работнчки, что плюют на стандарт, среди бела дня просто-напросто залезли к нам в карман!
— Что получаем, тем и торгуем!—традиционно обижаются работники прилавка. И в чем-то они отчасти правы. Ведь и хорошую идею, вроде системы «поле—магазин», можно вывернуть наизнанку.
— Все берем, что из хозяйств ни привезут! —сознавались нам директора киевских овощных магазинов.— Попробуй не взять, в другой раз вообще ничего не дадут!..
             Но все же подавляющее большинство овощей и фруктов магазины получают из плодоовощных комбинатов. И здесь полно прорех. В ходе уже упоминавшейся прошлогодней проверки на шести плодоовощных комбина­тах Киева было проверено 39 383 кг продукции, из которых не соответствовали стандартам 34 540 кг, то есть 87,7 процента! Не многовато ли? Интересно, что при отправке товара в магазины почти во всех комбинатских накладных беззастенчиво писалось—100 процентов стандарта! Думаете, работники прилавка не возмущались такому надувательству? Еще как! Но ничего доказать не могли, поскольку своих товароведов магазины не имеют и зафиксировать факты нарушения овощных стандартов поставщиками они просто не в состоянии.
         С фруктами несколько иное дело. Тут сам магазин заинтересован в приблизительном оформлении документации. Яблоки третьего сорта легко можно продать по цене первого. Это не голословное обвинение. Именно таким весьма эффективным способом обсчета граждан занимались во всех двадца­ти двух киевских магазинах, проверенных в прошлом году. А наивный покупатель об этом даже не подозревал. А не сделать ли так, чтобы каждая покупка в овощном магазине была бы контрольной? Разумеется, всех покупателей не снабдишь весами Парова, штативом Рейшауэра, бюретками со стеклянными кранами и прочей хитро­ умной аппаратурой для проверки точного соответствия стандарту. Но повесить стандарты на стенку рядом с прейскурантом по силам любому магазину, чтобы и покупатель и продавец, находящиеся подчас в равном неведении, могли свериться с официальным документом и расстаться взаимно удовлетворенными: никто никого не обманул, купленный товар по показателям качества стоит ровно столько, сколько за него заплачено. Это, конечно, не коренное решение вопроса. Ведь мы рассуждаем просто как покупатели, которым очень хочется, чтобы новый овощной сезон был удачнее предыдущего.