August 11th, 2020

Про Белорусь: взгляд консерватора ( по А. Перла)

- Любой диктатор, самый толстый, самый усатый, самый малограмотный, самый сальный, самый картофельный, самый старый и усталый и самый «кровавый» неизмеримо лучше любого революционера, самого стройного, юного, с университетеским дипломом, знающего умные слова на трех-пяти-семи языках и проникнутого лучшими из лучших современными идеями.
- Революционера с самым хорошим лицом и самыми лучшими намерениями, самыми прекрасными девушками-мальчиками и друзьями и самым посещаемым инстаграмом самый нехороший жадный и толстый диктатор неизмеримо лучше. Настолько же, насколько самый первый ангел лучше самого последнего черта. Настолько же, насколько Глеб Жеглов лучше Горбатого.
- Это в теории. На практике же среди революционеров хороших людей так же мало, как в банде «Черная кошка». А среди защитников режима плохих людей так же мало, как среди товарищей Глеба Жеглова. То есть исключения из правил встречаются. Но правило таково.
- Идеализм и инфантилизм самих революционеров, юная невинность детей, которых революционеры вовлекают в свою деятельность - это не оправдания, но худшие из обвинений.
- К тому же то, что революционеры считают хорошим, нормальные люди, подойдя поближе и принюхавшись, могут счесть только зловонным ядом. Я знаю, я проверял.
- В конечном итоге, диктатор - это инструмент и институт защиты общества от сил, пытающихся его уничтожить. «Демократия» и «западные ценности» - это яд. Революция - шприц, которым яд пытаются доставить в вену.
- Если диктатор хорошо выполняет свои обязанности перед своим народом, революция не может начаться. Если опасность переворота становится реальной, значит, диктатор был недостаточно прилежен за своим рабочим столом. Или струсил. Попытался заигрывать с «демократией».
- Если такая ситуация возникла, все, что может диктатор - во благо народа, государства и чтобы спасти народ от кататстрофы - стоять насмерть. Сдаваться инсургентам означает не только трусливо спасать шкуру, но и предавать Родину.