?

Log in

No account? Create an account
 
 
Максим
В Испании выходят уникальные мемуары русского переводчика испанской Голубой дивизии, Владимира Ивановича Ковалевского. Летом 1941 г. он поехал на войну, четвёртую в его жизни. Прибыв на оккупированные земли, Ковалевский оказался на распутье между своим мировоззрением и своей ролью. Измученные жизнью крестьяне из-за новой войны теряли последние крохи. «Идальго» эти страдания чуждых были глубоко безразличны; многие из волонтёров приехали сытно есть и пить, другие хотели заработать медаль и с ореолом конкистадора вернуться домой. В десятках трагикомичных зарисовок Ковалевский желчно описывает сослуживцев как бездарных и истеричных неумёх, вороватых, лицемерных и жестоких подхалимов. Оккупированные, которым автор естественным образом сочувствовал, нередко были сердечны и жалели его. Однако их пути и человека «из бывших» были столь разновекторны, что по итогам он был вытолкнут в духовную пустыню, а надежды обрести своё место растаяли за полгода. Зимой 1942 г. надломленный пережитым Ковалевский был демобилизован и вернулся «домой». И пропал. Неясно, чем он жил после 1945 г. и когда умер.
Эти русские записки из испанского окопа немецкой войны были написаны в конце 40-х; позже текст десятки лет спал в американском архиве. Ковалевский писал, стараясь объяснить свой образ мыслей, надеялся на понимание и сострадание далёкого будущего читателя. Время вернуть эту часть невостребованного праха эмиграции из забвения, пусть и на языке людей, с которыми автор сжился, но которых так и не полюбил.
 
 
Максим
Знаете, друзья мои, занятно наблюдать за многими блогерами - специалистами по войне, и вдобавок - большими советскими патриотами, когда они рассуждают про причины своего патриотизма.
Они, эти причины, обычно порождены военной службой дедов, и их участием боевых действия.
Самих этих дедов патриоты помнят очень смутно, ибо в то время, когда дед отошел в лучший из миров, они были совсем маленькими, о непосредственных рассказах этих дедов речи идти не может.
Зато, как рассказывали им мама с папой, дед прошел ( в пехоте, на танке, на самолете) от Москвы до Берлина, был трижды ранен, убил целый полк (а то и два) немцев, и уничтожил не менее трех Тигров. В итоге расписался на Рейхстаге, и участвовал в параде Победы на Красной площади.
Спорить с этим сложно.
Гипотетическая возможность такая есть, да. И оттого в таких словах сомневаться неловко.
Хотя вот вопрос именно героики спорным быть не перестает. Ибо, как правило, тыловых служб было немеряно, и вне зоны боевых действий тоже частей было много. Про всякие там части НКВД вообще умолчу: такое впечатление, что потомки этих служак все вымерли, никто не признается, что вот, мой дедушка в лагере военнопленных конвойным был.
И во время боевых действий, конечно же, герои сохраняются очень плохо - они в основном погибают. А вот те , кто порассудительнее, кто под пули не лезет, те сохраняются куда как лучше.
К такой вот банальности приводит чтение исторического документа:

Read more...Collapse )
 
 
 
Максим

Заболотский Николай Николаевич (1930) «Опять пятёрка» 1959