?

Log in

No account? Create an account
 
 
Максим
03 September 2017 @ 07:01 am
Оригинал взят у gistory в Момыш-Улы про приказ 0428
В комментариях мне указали на роман-диалог «Истина и легенда» который подан как интервью с Момыш-Улы. Среди прочего автор спрашивает его про бои за Крюково, на что тот отвечает:

Момыш-Улы. Крюково, Крюково!.. Навсегда запомнилось мне это русское село, наш последний рубеж. Дальше отступать нельзя. Позади — Москва! Это понимали все — от рядового до комдива. Каждый солдат, каждый командир, политработник для себя решил: или отбросить фашистов, или умереть под Крюковом.

Мы отчаянно дрались западнее села. Но вдруг приказ: оставить занимаемые позиции и отойти на следующий рубеж. На пути отступления все сжечь.

«А если не сжигать, Виталий Иванович?» — со слабой надеждой спросил я начальника артиллерии дивизии подполковника Маркова, привезшего этот суровый приказ.

«Приказано! — грустно вздохнул оп. — Мы ведь с вами солдаты, Баурджан».

Крюковцам передали, чтобы они немедленно покинули село. К ночи запылали опустевшие избы. Люди, не .успевшие или не пожелавшие эвакуироваться в тыл, хватали наших бойцов за руки, кричали, плакали, умоляли не поджигать их дома.

Мы с Марковым скрепя сердце следили за выполнением приказа. Вдруг решительным шагом к нам подошла пожилая крестьянка, строгая, статная, с гладко зачесанными черными волосами.

«Что они делают?!» — гневно воскликнула она, показывая на солдат с зажженными факелами.

«Выполняют приказ командования, — ответил я, поскольку Марков замешкался с ответом. — Ведь идет Отечественная война, поймите это, мамаша!»

«А наши избы, по-твоему, не отечественные? Фашистские? И кто только назначил тебя командиром?!» И она со всего размаху хлестнула меня ладонью по лицу.

Я пошатнулся. Это была пощечина отчаявшейся женщины, скорбной, ожесточившейся, потерявшей не только свой дом, но, возможно, и сына, или мужа, или обоих вместе. Всю свою боль, всю горечь войны вложила она в эту пощечину. Я был настолько потрясен, что никак не отреагировал: руки мои не двигались, язык не поворачивался, глаза застыли. Я, здоровый, сильный мужчина, несколько раз вырывавшийся со своим батальоном из огненного кольца противника, устоявший перед танками фашистов, не робевший под минами и бомбами, тут вдруг сжался в комок.

И не только я, но и бойцы моего полка, видевшие эту сцену, казалось, тоже сжались, стали маленькими и беспомощными... Марков взял меня под руку и отвел в сторону.

Долго я не мог опомниться от этой пощечины. Перед глазами то н дело возникал образ темноволосой статной крестьянки. Каждое ее слово отчетливо звенело в моих ушах: «И кто только назначил тебя командиром?!»


 
 
Максим
03 September 2017 @ 01:05 pm
Такие мысли меня посетили, по поводу правильности-неправильности изображения последнего российского монарха в художественном фильме "Матильда":
- автор и сторонники этого фильма часто применяю аргумент о том, что вот де , " это историческая правда, и если что то преувеличено и додумано", то совсем чуть-чуть".
Оно верно, да: можно найти исторические источники, из которых можно сделать такой вот вывод. Так что формальная сторона сохранена.
Но послушайте, если так рассуждать, то запросто можно снять фильм, так скажем, о сексуальной жизни , ну вот, к примеру, Немцова: покойный был и политически значимой фигурой, и достаточно любвеобилен, и для доказательств любвеобильности можно расспросить вполне живых и не старых персонажей. И сама гибель его, знаете ли, сопряжена была обстоятельствами с любовными отношениями...
Ну и что ? ну вот найдется такой вот режиссер, который возьмет, да соответствующий фильм снимет ? Уверен, что та же публика, которая сейчас сладко рассуждает об "исторической достоверности", с гневом и яростью накинется на того, кто посмеет рассказать... ну да, рассказать правду.
Ибо, скажут, неэтично это.
И опять будут правы !
Только и первая, и вторая правота будут выборочными. И, соответственно, в итоге дадут искаженную картину.
Не слишком-то этично смаковать вполне реальные грехи тех, кто погиб, тем более так, как Николай II, или Немцов.
Смерть - это такое явление, которое очень остро корректирует все наши прежние достижения и грехи.
Ну вот как адвокат на суде возьмет да скажет: " Погибшего жаль, конечно, о, уважаемый суд, смотрите-ка, у него несколько порнофайлов на компьютере хранилось... Смотрите-ка, любовница у него была, три года назад... Смотрите-ка, когда за командировку в бухгалтерии отчитывался, какие-то левые документы предоставил...". И всем присяжным будет ясно, что хочет сказать этим адвокат: "Не такой уж и хороший человек был он, этот ваш погибший ! Так что, когда будете решать вопрос об убийце, не забудьте об этом !".

Хочется Учителю на этом поле потоптаться - ну так и пусть берет всех жен Ивана Грозного, тот, что называется. в своей постели умер. Или там про Наполеона снимает.