?

Log in

No account? Create an account
 
 
Максим
Оригинал взят у sogenteblx в «Самых храбрых твоих сынов».
В перерывах между чтением чужих диссертаций посмотрел нашумевшее кино про 28 панфиловцев. Старался смотреть, изначально помня, что это вообще не про историю (скандал, сопровождавший выход кино на экране, крики про правду — оно отдельно и про другое).
Какое это кино? Это средней руки боевик в исторических декорациях. Декорации — хорошие: костюмы и оружие достоверные (за мелкими огрехами), перемазаны грязью персонажи отлично, бабахает всё как полагается, земля летит.

Но что делает подлинное кино — искусством? Неподдельность, т.е. когда хочется сопереживать персонажам, хочется пустить слезу или посмеяться с ними, а под титры сказать себе «Верю». Хочется ли в данном случае? Лично мне — нет. Сам фильм — скетчевый. Возможно, так и было задумано. С места в карьер, идут отдельные сюжеты: вот красноармейцы тренируются, а вот они уже в окопах, а вот они атакуют, а вот сидят в блине. Что связывает все эти эпизоды? Ну, хронометраж.
А могли бы связывать персонажи. Да, хорошо, что среди актёров нет «больших имён», да и казахские люди выглядят натурально, типажи и облики — есть. Но они какие-то... то, что называется «дуга характера», просто отсутствует. Нет мотивации, нет причин для войны. Мне скажут «Но всё же самоочевидно! Ведь Великая Отечественная!» — это так, но почему-то в «Брестской крепости» всё это было показано изящно и понятно: один любит девочку, другой любит жену, третий просто долгу и клятве верен, четвёртый так воспитан и не может иначе. И трагедия есть, и стойкость, и причина. И люди живые.

В «28 панфиловцах» рядовые представители войны получились никакие, деревянные, что те настилы и накаты в блиндажах. То, что сценарист вложил в их уста постоянные специфические обороты (иногда с проскальзывающими умными, современными словами аля «танчик» или «патент»), сделанные «под народ», «под простое» лишь напротив усиливает эффект пластиковости. Добробабин со своим украинским суржиком видится ненатурально, а он чуть ли не центровой во всей картине, носится ураганом там и сям. Нет, у меня не бомбило и не бомбит по поводу «Полицай главный герой, а-р-р-я-я!» — коллаборационизм был большой частью той войны, даже куда большей, чем кажется, да и не про последовавшее будущее показывают.
Главный, жирный, мертвящий кино минус: персонажи не раскрыты. Зато чего вдоволь в их диалогах — это Героического Обсуждения Патриотических Тем (всё с больших букв, потому что пафосно). Об этом ли говорят солдаты на войне? Мне кажется, что нет. В этих Героических Обсуждениях есть такой флёр почвенного этатизма, «Мы вот тут за Родину, за государство, что вот предки повелели отстоять, супостат чтоб ни-ни» и прочее-прочее, но отсутствует то, что делало бы красноармейцев — красноармейцами. Это идеология, Ленин-Сталин, партия и т.п. Возможно, это тоже сознательное решение режиссёра, такое «самоустранение», чтобы не было лишних распрей. Ну тогда это тоже такой ход, ладно.
Сам бой снят бодренько, но, опять же, и тут пластиковость. Люди жгут танки как коробки со спичками, косят немцев легко и просто. Нет «живого фона» помимо персонажей, т.е. нет ощущения, что танк — это страшно, что 1941-й, поздняя грязная осень — это страшно вдвойне, втройне, что немец прёт, и от этого на душе тяжело. Нет мрака самой кровавой войны в истории людей, какая-то санитизированная картинка. Это трудный момент: тут и переборщить легко (кровь-кишки), и недоборщить нельзя. Люди гибнут — не беда, арта гвоздит — а мы будем сидеть в окопе и пытаться поднять боевой дух. Немцы — тупые, масса, валящая толпой, с лицами, замотанными в токи. Не пугают («Эвон как наш из кулемёта их т-р-р-р!»). На контрасте вспоминается «Это мы, Господи!..», жутковатый фильм 90-го года: там немцев большую часть времени нет, но сама атмосфера угрозы, психологического давления не ослабевает весь фильм и развязывается только в конце, когда два бойца в полубреду, разбитые, потерянные пытаются понять, как же быть дальше. Трагедия единиц впечатляет глубже трагедии массы — а тут ни масштабом не размахнули, ни глубиной единицы не покрыли.

Что по-настоящему понравилось, так это прекрасная музыка — самостоятельная, живая, без американщины в стиле «Battlefield 1942». Молодец композитор, талант, местами оживил.

Под конец я подумал, что это кино — оно не столько про кино даже, сколько про зарисовку состояния умов (и не только снявшей его команды). Вот так сейчас воспринимается война, хочется патетики, героики, общий порыв, такое вот «советское несоветское» восприятие («Мы за Родину, а Сталина там как бы и нет, большевизма нет»). Наверное, лет через 30, когда какой-нибудь научный сотрудник будет писать материал об отражении метаморфоз памяти в кино о войне, он сможет полностью проиллюстрировать свои тезисы диалогами из этой ленты.

Вывод: посмотреть разик можно, люди старались (и это видно, и это надо ценить, серьёзно), но на Великое Кино О Великой Войне не похоже. Да, на русском уровне, на уровне того, что обычно выпускают — вполне себе даже. Однако точка зрения «В этом кино НЕТ (список из антисоветских и неприятных кому-то лично штампов), поэтому кино ХОРОШЕЕ» — это позиция от противного. Пожалуй, лучшее из снятого в постсоветской России, «советское кино с современными возможностями» — это уже вышеупомянутая «Брестская крепость». Это вот да, перспектива советских русских. А «28 панфиловцев» получились другими, хоть и претендовали (кажется?) на лавры старого советского кино.