March 30th, 2013

Бахнут? Не бахнут? Кто бахнет?

У нас «очередной виток обострения». Северная Корея привела в боевую готовность дальнобойную артиллерию и ракетные войска стратегического назначения, целью которых будут военные базы США: "С этого момента верховное командование Корейской народной армии приведет в состояние боеготовности номер один артиллерийские части, включая дальнобойную артиллерию и ракетные войска стратегического назначения, целью которых будут все вражеские объекты захватчика США на материке, на Гавайях и на Гуаме", - говорится в сообщении ЦТАК.

Эти очередные  громкие северокорейские заявления, в которых они  в очередной раз  грозят ЯО США и их  марионеткам, в очередной раз напугали российские СМИ и рунет, преисполнившиеся уверенности, что «Пхеньян вот-вот начнет вторую Корейскую войну» или «Северная Корея решила открыть огонь по американским объектам».  Примерно с такими заголовками обрушились на читателя во вторник, 26 марта, российские и мировые СМИ.
Данный текст, с одной стороны, призван обратить внимание на контекст, в котором было сделано это заявление, а также – обратить внимание на то,  сколь велика вероятность  грядущего межкорейского конфликта, инспирированного КНДР.

Collapse )

Теперь поговорим  о возможности северокорейского нападения. Сторона, начинающая войну, обычно делает это, предполагая, что у нее есть шанс  в этой войне победить. Рассмотрим подобные шансы в гипотетическом противостоянии Севера и Юга.

Да, северокорейская армия весьма многочисленна и отличается, как говорят, высокой индивидуальной и психологической подготовкой бойца. Однако ее оснащение оставляет желать лучшего, и дело не только в наличии большого числа моделей вооружения 1970-х годов, но и в том, что не хватает ни топлива, ни запчастей. Особенно сильно отставание в области инфраструктуры, а также – в области связи и высоких технологий.
Затем,  если северокорейская армия находится на четвертом месте по численности в мире (до 1100 тыс.чел.), южнокорейская армия занимает шестое место, следующее после России (до 700 тыс. чел.). Военный бюджет Южной Кореи входит в первую десятку военных бюджетов мира, превосходя северокорейский , по разным оценкам, в 23-26 раз.
Наконец,  Юг не будет один. Начиная с 1953 г. между РК и США действует Договор о взаимной обороне, согласно которому в случае неспровоцированного нападения КНДР США оказывают РК помощь всеми силами и средствами. Более того, южнокорейская армия поступает в оперативное распоряжение американских генералов (до определенного времени они контролировали армию РК и в мирное время).
Все это говорит о том, что при нападении на Юг у Севера нет шансов : даже без американской поддержки война между Севером и Югом  кончится безусловным отражением атаки Севера и хорошими шансами на успешное продолжение войны на его территории. Применение ядерного оружия  не переломит ход войны,  ибо его использование не позволяет решить ни одной стратегической задачи. Зато, если Пхеньян схватится за ядерную дубинку,  международное сообщество оправдает любые ответные меры за нарушение табу. В том числе и ядерный ответ.
В общем, если  «цель руководства  КНДР – обеспечение безопасности режима», то любое инициирование войны для нее самоубийственно. Так что, начинать крупномасштабный конфликт пхеньянскому режиму, мягко говоря, невыгодно.  Однако он вполне может неадекватно отреагировать на  провокацию в силу особенностей своей идеократии.  Поэтому здесь мы подходим к главному вопросу: а кому сейчас выгодно обострение ситуации на полуострове?
Для этого надо  более внимательно рассмотреть ситуацию в Южной Корее. Экс-Президент Ли Мен Бак, придерживался концепции жёсткого давления на Север, но за пять лет эта концепция показала свою непродуктивность. Сейчас президент сменился, но большое число сторонников прежнего курса все еще находится на своих постах и они представляют собой весьма влиятельное лобби, направленное как на обеспечение своей личной безопасности, так и на то, чтобы  курс РК оставался жестким и конфронтационным.  Им хочется войти в историю как объединителям страны, а последствия этого объединения их не заботят.  Хуже того, они так активно убеждали окружающих в том, что режим Кима на грани коллапса, и «достаточно лишь подтолкнуть»,  что сами  уверовали в это.
И хотя сейчас их политическое влияние сокращается, с данной группировки станется устроить инцидент, рассчитывая на неадекватный ответ северян, после которого  объяснениям КНДР все равно никто не поверит.
К этому добавляется обстановка общей нервозности, повышающая вероятность ситуации, при которой у одной из сторон сдадут нервы. Последний пример – инцидент утра 27 марта, когда в 2:30 по местному времени (21:30 вторника по Москве) южнокорейский пограничник, дежуривший на посту в уезде Хвачхон, увидел некий «неопознанный движущийся объект» и бросил в него гранату, после чего военное руководство страны заявило о возникновении угрозы вооруженного вторжения с Севера. Максимальный уровень боеготовности сняли после того, как была проведена разведка территорий, прилегающих к пограничному посту и никаких следов вторжения обнаружено не было .

Поэтому не стоит воспринимать обострение на Корейском полуострове  в биполярно-пропагандистском ключе.  Винить во всём Север – это очень серьезное упрощение ситуации.  К обострению конфликта причастны обе стороны, и неясно – какая больше.
Источник: http://makkawity.livejournal.com/2463923.html