Крокодил 1986 № 8(585) "Кому больше нужно ?"

КОМУ БОЛЬШЕ НУЖНО ?

В завершающих словах доклада Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачева на XXVII съезде КПСС прозвучал призыв вьполнить ленинский завет—с энергией, единством воли подниматься выше, идти вперед. Перед партией, перед всем народом выдвигается сегодня первоочередная задача: придать нашей экономике должный динамизм, открыть простор инициативе и творчеству масс, подлинно революционным преобразованиям.

Сейчас, говорилось в докладе, еще большую значимость приобретает действенность средств массовой информации. На страницах «Крокодила» из номера в номер публикуются фельетоны, карикатуры, письма читателей, по которым на местах принимаются необходимые меры. Начиная с этого номера мы вводим новую рубрику «Шире шаг'.». Кроме уже известных читателю сатирических жанров, здесь будут публиковаться и наши «фирменные» крокодильские очерки—рассказы о лучших людях, первопроходцах ХII пятилетки, о трудностях и проблемах, встающих подчас на пути восхождения к вершинам труда и творчества.

Старший аппаратчик цеха № 3 В. Паплинский припаял выговор начальнику цеха И.Антонову. Другой рабочий — В. Рыболовлев — безжалостно ли­шил месячного оклада двух руко­водителей среднего эшелона нов­городского производственного объединения «Азот».

Это скажут, не пряча обиды, сами пострадавшие.

Не сразу родились крутые меры воспитания управленцев. Прежде чем прибегнуть к край­ним моральным и материальным санкциям, члены дружной четвертой бригады пытались действо­вать средствами убеждения. Мол, кончайте руководить спустя рука­ва и сыпать брак. Покажите, на что способны, ежели дорога честь предприятия. Разве дело, если не вытягивается план, даже суще­ственно облегченный!

— Больше всех вам надо, да?—вяло отмахивались руково­дители.— Ох уж эти квалифицированные кадры. Выдают по три нормы хлопот! Откуда только сва­лились такие умные на наши головы!

— Выпивох надо попридер­жать,— не отступали рабо­чие.— Кумекайте над нашими рацпредложениями. Стимулируй­те овладение смежными профес­сиями...

— Охолоните, братцы. В сво­ем уме? — уже оторопели администраторы.— Конечно, мы сами призывали вас к активной пози­ции согласно новым установкам, но не до такой же степени рез­виться! Гремите Цицеронами на профсобраниях по вопросу пить­евой воды, смело тискайте замет­ки в стенгазету о стесненности в раздевалке. А мы как чуткие и передовые руководители призна­ем критику справедливой.

Но рабочие выдали развернутый меморандум, подписанный всеми сменами цеха №3 . И по пунктам. Дескать, без ведома бри­гады люди, перебрасываются из смены в смену, и поэтому коллек­тив лишен возможности в полную силу влиять на дисциплину. Про­гулы стали обыденнее перерывов на обед. Рвачество оттеснило ка­чество. Просыпи ценного удобре­ния пропадают, брак идет в гору. А потом эта гора оказывается на свалке. Больше того: рабочие предложили конкретные шаги, способные, по их мнению, выров­нять кривую молодого производ­ства нитроаммофоски. В частно­сти, дать крылья бригадному подряду.

Администрация наконец от­кликнулась на активность рабо­чих тоже по-боевому: ваша карти­на нарисована дегтем! И вообще все в порядке, пьяных нет!

Но упрямая действительность, не скупясь, преподносила свои доказательства. Трудовые будни за­кручивали прямо-таки детектив­ные виражи. Узнав, что улики очередного головотяпства вывозятся неизвестно куда, заместитель председателя группы народ­ного контроля В. Рыболовлев устраивает погоню с выстрела­ми глушителя за гружеными «КрАЗами».

— Везем мел на свалку,—  сказали шоферы.— Согласно документам.

— Это ж вы урожай отправля­ете на свалку!

Рыболовлев обратился за по­ мощью в областной комитет на­ родного контроля. И выяснилось, что в результате недогляда сто тонн нитроаммофоски удобрили землю под грануляционной баш ней. Исполняющий обязанности начальника производства М. Таук и начальник цеха И. Антонов по­спешили отправить часть окаменевших химикалий в сговорчивый колхоз, а сорок тонн подкормки полей просто выдворили за ворота— под присмотр дождя и ветра. Дозорные выявили: потери продукции-— явление привычное, как утечка воды из кухонного крана. Эвересты выброса не опечали­вают администрацию. Звонкие убытки не ставятся ни в грош.

Решением Новгородского обла­стного комитета народного конт­роля Таук и Антонов были отмече­ны денежным начетом, но пере­полненные чувствами руководите­ ли не замедлили поблагодарить старшего аппаратчика Рыболовлева: спасибочки, мол, дорогой друг, век не забудем.

Отгранулировать ответные ме­ры к нему помешала администра­торам новая комиссия, прибыв­шая определить градус падения дисциплины.

— Какое потворство пьянству?— защищался, наступая, на­чальник цеха Антонов.— Может, это как раз радение за здоровый коллектив — дать спокойно про­ спаться? Да и как бедолаге дове­рить сложное производство, если он лыка не вяжет! А позже совсем уж неуместны гром и молнии—у человека и без того голова раска­лывается на части.

— Ну, ну,— стушевалась комиссия.— А вот люди говорят, по­чему пьянство покрывается: пото­му что работники на неустойчи­вых ногах испытывают чувство вины и более сговорчивы на сверхурочные подвиги, потребность в которых возникает то и дело?

— Видите, сами признают на­ шу заботу о производстве!

Партком оценил «радение» начальника цеха Антонова партийным выговором. Кто виноват? Ясно кто — Паплинский, он сочинил писульку в вышестоящие органы, вынес сор из избы без оглядки на последствия, которые его с това­рищами могут ожидать.

Казалось бы, механика умелой расправы за критические уколы давно отлажена: как можно опе­ративнее наклеить на человека мерзкий ярлык: «Кляузник». Од­нако администрация цеха нитро­ аммофоски поступила ина­че— принялась безудержно рас­хваливать неуемных активистов на каждом перекрестке: «Черес­чур грамотные!», «Не рабо­чие— академики!», «Писатели!».

Начальник цеха Антонов стал искать защиты у корреспондента Крокодила:

— Заклеймите лиходеев! Мало им того, ни за что, ни про что нам влепили взыскание, эти не в меру деятельные инициаторы теперь мешают сосредоточить внимание на эффективности и экономии!

— Спасите!—взмолился, в свою очередь, начальник произ­водства С. Сергеев. — Этот выскоч­ка Рыболовлев не только морочит нам голову, но к тому же мечтает внедрить свое рацпредложение, как избавиться от отходов. Очертя голову кидается сдвинуть соб­ственным хилым плечом гору с места, хотя никто его об этом не просит.

Изумленный корреспондент за­ глянул в профком объединения «Азот». Не странно ли, дескать, что коллектив настроен работать лучше и не вывозить плоды своего труда на свалку, а его усилия всячески пытаются очернить?

— Да просто недосуг вникнуть в конфликт,— вздохнул председа­тель А. Разуваев.— Срочно готов­лю тезисы о необходимости рас­ширят ь рабочую инициативу в свете нового закона о трудовом коллективе. Но, насколько мне из­вестно, зря ребятки ополчились против порядков в цехе Антонова. Лучше бы дружно навалились на свой буфет — совсем худосочны стали обеды!

Мудр товарищ Разуваев, мудр! А уж как корень проблемы видит!

Позже, убыв за проходную, корреспондент узнал: опытному аппаратчику, бывшему профоргу Паплинскому пришлось уйти с ра­боты, а пытливому рационализа­тору Рыболовлеву экстренно по­ менять цех. Решительно изгнана с производства прогрессивная форма бригадного подряда, активизирующа я у рабочих непрошеную энергию и хозяйскую рачительность.

Что осталось на месте? Хрони­ческое невыполнение плана и просыпи, идущие в отвал.

Новгородская область