У него в прямь хорошо получается - не в бровь, а в глаз : Есть вещи, которые важнее вашей свободы. Например, наша жизнь. Либерализм, не устают повторять мне мои оппоненты, это — свобода. Как, спрашивают они, я смею называть либералом Путина, его деятельность порочит саму либеральную идею. Вы заметили, как либералы разборчивы, когда говорят о реализации либерализма? Когда они составляют свою «Черную книгу коммунизма» - в ход идет все: коммунизм – это и Куба, и Пол Пот, и Сталин, и Вьетнам, и Брежнев, и Китай времен Мао, и Никарагуа, и все перегибы восточного блока... Все в одну топку, никаких различий между разнородными эпохами и диаметрально отличающимися режимами. Коммунизм — это ГУЛАГ и мотыгой по затылку. Но едва речь заходит про либерально-буржуазные порядки, тут сразу начинаются сложные градации. На Кубе, ясное дело, коммунизм — там тюрьмы, голод и сумасшедший старик Фидель. Черт с вами, хорошо. Правда, там продолжительность жизни выше, чем в большинстве совсем не социалистических стран, в тюрьмах амнистия за амнистией, да и Фидель — один из немногих мировых лидеров, который сам пишет свою — очень, кстати, неглупую публицистику — то есть реально осмысляет действительность, чего о многих западных лидерах, выступающих все чаще в качестве старших менеджеров, не скажешь. Но спорить не будем все равно — коммунизм у них. Но что тогда в половине стран Латинской Америки или, скажем, Африки, где нищета удивительная, а никаких «леваков» у власти и в помине нет? Само имя Лукашенко вызывает брезгливую и очевидную неприязнь — этот усатый дядька явственно реанимирует советскую матрицу — как в экономическом смысле, так и в смысле работы репрессивного аппарата. Но кто бы мне объяснил, отчего ж внимание, которое ему уделяется, вообще не сопоставимо с тем вниманием, что уделяется, скажем, бывшим азиатским республикам СССР? Что там, кстати, строят? Не социализм же? Либералы недоуменно пожмут плечами и ответят: феодализм. Но как же так — если речь про Пол Пота — так тут сразу же вспомнят Ленина, Маркса и красные знамена пририсуют, а как про азиатскую или африканскую, или латиноамериканскую модель либерализма — сразу открещиваются. Почему «левые» отвечают за все — а вы только за то, что у вас хорошо получилось? Путин — не либерал, потому что при нем свободы нет – вот так, несколько вульгаризируя, можно сформулировать позицию моих оппонентов. Свобода — это где-нибудь в США. Вот там либерализм. Слушайте, а мне может кто-нибудь шепотом на ухо объяснить, почему в США вечный бой идет между республиканцами и демократами? Почему самый «левый» там — это Обама? Там что, нет никого полевее? Местных Троцких американская земля не рожает? Не поверю ни за что. Их там наверняка завались. Нет, ну правда - «левая» идея — одна из наиважнейших в нынешнем мире — как же так получилось, что страна, символизирующая свободу, выстроила такой порядок вещей, что коммунисты там никогда и ни при каких условиях не выйдут в мир большой политики, не вступят в бой с белыми консерваторами и черными демократами? Какая ж это свобода? Это пародия какая-то. Ничем не лучше нашего парламента. Помню, когда был в США, в Нью-Йорке рассказывал местной прессе про акции российских нацболов — в том числе вспоминал о том, как в Нижнем мои сотоварищи оцепляли дома в старом городе, чтоб не дать их разрушить нуворишам из местной администрации, сносящим памятники архитектуры ради своих стеклянных уродов. Меня слушали, кивали — но как-то без особого сочувствия. Потом подошел один — из числа советских эмигрантов тридцатилетней давности — журналист и сказал негромко и печально: «В Нью-Йорке вас бы всех немедленно посадили». «У нас тут, - рассказал он, - целая община создалась лет десять назад, пытающаяся спасти Нью-Йорк от варварской застройки — вскоре приехала полиция, и этих людей больше никто не видел: кого-то упрятали далеко и очень надолго, кто-то сам догадался и ушел на дно». Не знаю, правда это или нет — за что купил, за то и продаю.