Максим (monetam) wrote,
Максим
monetam

Categories:

Бронза из Адрамитиона. 350 г.д.н.э. Часть III

Адрамитион Мизия



Там опять-таки существо государственной жизни определялось внешними событиями, а именно – обороной Лация от набега кельтов ( галлов). Что же это был за новый враг, который с начала IV века до н.э. вторгся в традиционный свары народов, населявших Аппенинский полуостров?

          Кельты ( греки их назвали галатами, а римляне –галлами) существенно отличались от  своих соседей -  италийцев, германцев  и эллинов. При многих прекрасных и даже более блестящих качествах ей недостовало той глубокой нравственной и государственной основы, на которой основано все, что есть хорошего и великого в человеческом развитии. Для свободных кельтов, по словам Цицерона, считалось постыдным возделывать землю собственными руками. Земледелию они предпочитали пастушеский образ жизни и даже на плодородных равнинах реки По занимались преимущественно разведением свиней, мясом которых питались и вместе с которыми проводили дни и ночи в дубовых рощах. Они не знали привязанности к родной земле, которая свойственна италикам и германцам; напротив того, они любили селиться в городах и местечках, которые стали у них разрастаться и приобретать значение, как кажется, даже  ранее, чем у автохтонов Италии. Их гражданское устройство было несовершенно; не только их национальное единство имело лишь слабую внутреннюю связь — что, впрочем, можно заметить у всех народов в начале их развития, — но даже в их отдельных общинах не было единодушия и твердо организованной системы управления, не было серьезного духа гражданственности и последовательных стремлений к какой-нибудь определенной цели. Они подчинялись только военной организации, которая благодаря узам дисциплины освобождает от тяжелого труда владеть самим собой. «Выдающиеся особенности кельтской расы, — говорит ее историк Тьерри, — заключаются в личной храбрости, которой она превосходит все народы, в открытом, стремительном, доступном для всякого впечатления темпераменте, в больших умственных способностях, но вместе с тем в чрезвычайной живости, в недостатке выдержки, в отвращении к дисциплине и порядку, в хвастливости и нескончаемых раздорах, порождаемых безграничным тщеславием». Почти то же говорит и Катон Цензор: «Двум вещам кельты придают особую цену — уменью сражаться и уменью красно говорить»3. Такие свойства хороших солдат и вместе с тем плохих граждан служат объяснением для того исторического факта, что кельты потрясли немало государств, но сами не основали ни одного. Всюду, где мы встречаемся с ними, они всегда готовы двинуться с места, то есть выступить в поход, всегда отдают предпочтение перед земельною собственностью движимости и главным образом золоту, всегда занимаются военным делом как правильно организованным разбойничеством или даже как ремеслом за плату и притом так успешно, что даже римский историк Саллюстий признавал определенное превосходство кельтов в военном деле над римлянами. Судя по их изображениям и по дошедшим до нас рассказам, это были настоящие наемники-ландскнехты древних времен: они были небольшого роста и некрепкого телосложения, с косматыми волосами на голове и с длинными усами, представляя совершенную противоположность грекам и римлянам, обстригавшим свои волосы и на голове и на верхней губе. Они носили пестрые, украшенные вышивками одежды, которые нередко сбрасывали с себя во время сражения, а на шею надевали широкие золотые кольца; они не употребляли ни шлема, ни какого-либо метательного оружия, но зато имели при себе громадный щит, длинный, плохо закаленный меч, кинжал и пику; все это было украшено золотом, так как они умели обрабатывать металлы. Поводом для их хвастовства служило все — даже рана, которую нередко намеренно расширяли, для того чтобы похвастаться широким рубцом. Сражались они обыкновенно пешими; но у них были и конные отряды, в которых за каждым вольным человеком следовали два конных оруженосца; боевые колесницы были у них в раннюю эпоху в употреблении, точно так же как у ливийцев, и у эллинов. Некоторые их черты напоминают средневековое рыцарство, в особенности незнакомая ни римлянам, ни грекам привычка к поединкам. Не только на войне они имели обыкновение вызывать словами и телодвижениями врага на единоборство, но и в мирное время они бились между собою на жизнь и на смерть, одевшись в блестящие военные доспехи. Само собой разумеется, что за этим следовали попойки. Таким образом, постоянно сражаясь и совершая так называемые геройские подвиги то под собственным, то под чужим знаменем, они вели бродячий солдатский образ жизни, благодаря которому рассеялись на всем пространстве от Ирландии и Испании до Малой Азии; но все, что они совершали, расплывалось, как весенний снег, и они нигде не основали большого государства, нигде не создали своей собственной культуры.

В этот год консулом от плебеев стал Марк Попилий Ленат, от патрициев — Луций Корнелий Сципион. На долю консула-плебея выпал даже более славный жребий, ибо при известии, что пришедшее огромное войско галлов расположилось лагерем на земле латинов, эта галльская война из-за тяжелой болезни Сципиона вне очереди была поручена Попилию. Он произвел без промедления военный набор и, приказав всем юношам с оружием явиться за Капенские ворота к храму Марса, а квесторам вынести туда же знамена из казнохранилища, составил для себя четыре полных легиона, а остальных воинов передал претору Публию Валерию Публиколе, и предложил сенаторам собрать другое войско для защиты государства для защиты города от иных врагов.

И только покончив со всеми распоряжениями и приготовлениями, он поспешил навстречу галлам. Чтоб узнать силы врага, не подвергая себя крайней опасности, он занял холм, самый близкий к галльскому лагерю, и велел там возводить вал. Галлы издалека заметивши римские знамена, развернули строй для немедленного сражения; а увидев, что римский отряд не только не спускается с холма, но еще и хочет обезопасить себя валом, рассудили, что римляне поражены страхом и как нельзя кстати поглощены работами, и с грозным ревом бросились на приступ. Ну а римляне даже не прервали работ: бдительные воины тут же приняли бой. Кроме доблести, им было на пользу и возвышенное положение, при котором все их дротики и копья падали не впустую, как бывает на ровном месте, но от собственной своей тяжести все вонзались в цель. Под градом стрел галлы — кто с раной в теле, кто со щитом неподъемной тяжести из-за застрявших в нем дротиков — хотя с разбегу подошли почти вплотную, но сперва все-таки остановились в нерешительности, а потом, когда само промедление им поубавило, а врагам прибавило духу, были отброшены назад и повалились друг на друга, образовав свалку еще более пагубную и страшную, чем сама рукопашная резня: не столько их пало от меча, сколько было задавлено в этой свалке.

Но римская победы была еще не окончательна: спустившись на равнину, они столкнулись с новым галльским войском. Действительно, галлов было такое множество, что, не обращая никакого внимания на подобные потери, они, словно завязывая еще одно, новое сражение, двинули против одолевавшего их противника свежие силы. Наступление римлян остановилось, потому что, во-первых, им, утомленным боем, предстояло вновь сражаться, а, во-вторых, консулу, действовавшему без опаски в самых первых рядах, дротик почти насквозь пронзил левое плечо и он ненадолго покинул строй. Из-за всех этих промедлений победа уже ускользала из рук, когда консул с перевязанной раной вновь выехал к передовым знаменам. По словам Тита Ливия, он обратился к ним с такой речью: «Что стоите, воины?— крикнул он.— Здесь перед вами не латиняне с сабинянами; это тех, одолев оружьем, можно из врагов сделать союзниками! Нет, на диких зверей мы обнажили мечи: либо их кровь предстоит пролить, либо свою. Вы отразили врагов от лагеря, сбросили с вала, у ваших ног простерты их трупы. Как холмы вы завалили грудами тел, так покройте ими и поле! Нечего ждать, пока они сами от вас побегут: выносите знамена и тесните врага!» И воины, снова ободренные этими словами, заставили дрогнуть передовые манипулы галлов, а потом клиньями врезались в середину вражеского строя. Тогда галлы, смешавшись, без ясных приказов, без вождей, откатились, сминая задних, а потом, рассеянные по полю, опрометью промчались даже мимо собственного лагеря и кинулись к Альбанской вершине, самой приметной среди равных холмов. Консул преследовал врага только до лагеря, так как и рана его мучила, и подставлять войско под удар неприятелей с холмов он не хотел. Раздав воинам всю добычу, взятую в лагере, победоносное войско с богатыми галльскими доспехами он привел в Рим.

Победа в этот год  далась Риму в течение только одной военной компании ! Однако, как бы ни были страшны и отяготительны эти хищнические нашествия, они были скорее несчастными случайностями, чем политическими событиями, и главным их последствием было то, что на римлян все более и более приучались смотреть и в их собственной стране, и за границей как на оплот сравнительно цивилизованных народов Италии против страшных варварских нашествий, что способствовало позднейшему всемирному значению Рима.

 Из-за раны консула его триумф был отложен; по той же причине сенату понадобился диктатор, чтобы за болезнью консулов было кому проводить выборы. Избранный диктатором Луций Фурий Камилл — начальником конницы при нем стал Публий Корнелий Сципион — вернул патрициям прежнее обладание консульством, которое у тех было отнято законом Лициния-Секстия от 367 года; сенаторы в благодарность за это приложили все усилия, чтобы консулом сделался он сам, а своим товарищем он объявил Аппия Клавдия Красса.

Еще до того, как новые консулы вступили в должность, Попилий, к большому  удовольствию плебса, отпраздновал триумф над галлами, причем в толпе слышались недоуменные возгласы: разве кого-нибудь разочаровал этот плебейский консул?  При этом ругали диктатора, получившего консульство в награду за обход Лициниева закона: и не столько была отвратительна несправедливость в делах государственных, сколько своекорыстие в личных — ведь диктатор провозгласил консулом себя самого!

Закон был нарушен; и при этом нарушителя  никто не осмелился преследовать в суде.



Tags: нумизматика
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments