Максим (monetam) wrote,
Максим
monetam

Крокодил 1985 (55) " В лесу и слышен. и весом..."

                                                В ЛЕСУ И СЛЫШЕН, И ВЕСОМ…

          Честно сказать, я затяжно праздную труса, а устав трусить—мандражирую, а устав мандражировать—трясусь осиновым листом. Ну, и дальше по названному кругу. Я провижу картину страшную. Когда широко разойдется журнал по стране, когда зачтут этот текст на производствах, загудят везде заводские гудки, сирены, тис-юны и всякие колокола
громкого боя и в сельской местности ударят шкворнем в рельс, скликая землепашцев. И когда работники металла, химии, труженики полей и ферм сбегутся на скликающий звук, оглушительное обнародуют им:
          -  Читали вы это? Ведь на что покушается автор, а? Урезает наше право на отдых! Ату его!
          И хорошо, если с вермишелинами наперевес бросятся на автора работники какой- нибудь макаронной фабрики. А если это Уральский завод тяжелого машиностроения? Одним чертежом любого их изделия можно изувечить буйвола, а уж если начнут бить изделием...
           И я кричу: товарищи труженики, я не против, я как раз всецело за! Я за ваш содержательный, за силовосстановительный отдых в выходные дни. Но позвольте и оговорки.
           Предыстория была давней и замечательной. Пятьдесят лет назад уже имелись отдельные случаи, но массово только лет пятнадцать назад заводы, колхозы, фабрики и учреждения стали высматривать неподалеку от городов дивные места в природе и строить
там свои базы-отдыха. Десятки тысяч возникло баз.
            Строительная активность вокруг этого дела была небывалая, а законодательная, правовая, природоохранительная и пр. как-то поотстали. И сейчас стонут сельские райисполкомы, конкретно, например, Белоярский райисполком Свердловской области, изрядно затерзанный базами отдыха недалекого Свердловска.
            - Зачем,-типично для всех райисполкомов возглашает Белоярский,—на нашей территории город воздвиг такую россыпь баз отдыха, что управить ими, проконтролировать
их развитие и хозяйствование мы не имеем ни сил, ни средств, ни транспорта? Зачем микроскопические предприятия, жэк, например, всегда норовят построить отдельную базу? А почему бы всем жэклерам, где только они ни строятся, не объединиться, допустим, с парфюмерами, асбокартонщиками, общепитовцами и строить не ведомственные клоповники со славянизированной голландкой и сосковым рукомойником под сосной, а настоящие, окультуренные базы отдыха? С центральным отоплением, водопроводом и канализацией... Ведь трудно уже учесть, сколько баз угнездилось у нас в лесу на берегу Белоярского озера (сто восемь было давно), неканализированных повально и т. д. Природа, понятно, не терпит пустоты, но нельзя же заполнять эту пустоту исключительно продуктом, неназываемым в массовой печати! Потому и озеро, эта жемчужина, захандрило, стало подтухать и подванивать, словно сыр, не подлежащий длительному хранению, и, дробясь о мрачные скалы, совершенно особо стали пениться валы.
            Но не хотят кооперироваться наши городские предприятия, организации. И строят базы как бог на душу положил. Вообще да, вообще положено согласовывать с райисполкомами проекты баз, только зачем? Накажут за несогласование? Нет, посмотрят сквозь пальцы. А проконтролировать строительство у райисполкомов все равно нету сил, времени, кадров и бензина. Так что строй палаццо, избушки и куреня по единой для всех мест ориентировке: к лесу передом, к исполкому задом.
           ...В городе, конечно, давно все просчитано. Свердловск, выставивший на своей границе аншлаг:
ТОВАРИЩ!УДВОЙ ВНИМАНИЕ:
ТЫ ВЪЕЗЖАЕШЬ В ГОРОД! -
всему знает счет, меру и границу. Вот кинотеатр -  так он рассчитан на столько-то мест. Вот общий вагон - он на такую-то вместимость, а спальный—строго на такую-то. Ничто вам, граждане, больше в городе не резиновое, город решительно изживает резиновость. Изживает - это в смысле уничтожает?
         Нет, изживает в смысле отселяет. За - городскую черту. И если в системе Главохоты
РСФСР строго разлиновано, сколько шилоклювых, сколько полорогих или норных допустимо для проживания на той или иной территории (ведь не резиновая!), то в человеческом плане вокруг наших окологородских райских уголков природы сплошная резиновость. И уже не то что ранетному яблоку - кандиль-китайке негде упасть по берегам Белоярского озера, а догружение его базами отдыха продолжается.
         И робкой анкетной графой запрашивает Белоярский райисполком предприятия и организации, разместившие здесь свои базы отдыха: сейчас у вас восемьдесят постоянно отдыхающих, а какова перспектива?
         -  Сто сорок в будущем же году!—надувая румяные щеки и делая райисполкому локтем под дых, радостно сообщает одно предприятие. И второе:
            - Двести семьдесят против пятидесяти!
              - Сто семнадцать вместо восьми!
             И поскольку у райисполкома нету сил обуздать эту радостную динамику, он обращается к облисполкомам:
            - Товарищи, пора установить максимальные человековместимости в бывших райских уголках природы! Пора обязать предприятия, строящие в районах свои базы отдыха, принимать долевое участие вместе с райисполкомами в очистке здешних вод, воздухов, в лесовосстановлении, дорожном строительстве, дренировании и пр. Почему предприятия и организации, вырвавшись за город, превратились в голых пользователей природы?
            Но нету, совершенно нету вырешения этого вопроса облисполкомами. Поэтому на
Ачикольских озерах в Дагестане своеобразно активный отдых людей на базах Дагводстроя,
Кизлярского электромеханического завода, совхоза «Горьковский» почему-то привел к полному уничтожению окрестной ондатры. (Объясняют это тем, что ондатра массово смигрировала. Но очень уж молниеносно смигрировала, словно она пернатая.)
           Ну, райисполкомы и в Дагестане, и в Свердловской области противостояли базам, применяли свои права: категорически, например, запретить движение лодок под моторами,
особенно мощными и сдвоенными.
           Но не под силу райисполкомам наладить строгий контроль над разросшейся вольницей! Поэтому многосотенный выплод лодок случился на Белоярском озере, и моторы ревут здесь вовсю. И на Ачикольских озерах ревут моторы. Потому что на моторе объезжать с капканами ондатровые хатки одно удовольствие.
             Жалко ондатру, но я все равно за отдых. И сам с коллективом закачусь куда-нибудь на выходные дни, хотя пора бы заняться ребенком, у которого прорва невыученностей, и в
понедельник скорее всего ребенок, вызванный к доске, проугрюмит «отрезок из поэмы
Пушкина А. С. «Медный конник». Пусть будет так, но страсть коллективиста и рыболова-
субботника превыше всего. И, накатив из Свердловска в поселок Заречный (нас пятнадцать тысяч, а в поселке жителей всего двадцать тысяч), мы начисто парализуем всякое транспортное передвижение коренных жителей Заречного, поскольку лишних автобусов на Заречный в выходные дни не дают. Мы выпьем и выжуем все в поселковых магазинах и, снося на лед всю магазинную тару и вообще все сгораемое, мы двинемся на озерный лед, на льду разожжем костры, а из снесенного на лед барахла воздвигнем домики, и будет нам хорошо. А весной миллионы головешек вместе с безоконными халабудами убулькнут под лед, и их затащит в водозабор- ники Белоярской атомной электростанции, которая пыжилась, создавая для своих нужд это озеро и силами энтузиастов под завязку зарыбляя его. И станция - куда ей деваться? - пошлет водолазов чистить озеро и заборники. И нам, пользователям, снова будет прелестно, потому что, знает всяк, под мотором врежься в горелину - и каюк. Хотя, собственно, не будет каюка: пусть силы станции рассчитаны точно по ее нуждам—отвлечет она свои силы и спасет терпящего бедствие на водах базовца. И хотя медицинские службы поселка рассчитаны точно на поселок - не барыня, прилетит поселковая «Скорая » отходить свердловчанина, подавившегося хребтовой костью подлещика, или приморозившего конечность ко льду, или съевшего полтора килограмма водки без закуски, поскольку шматик патиссона, граждане, невозможно считать закуской.
        Ну и, само собой, возникает на базах субботний перекрестный мордобой, возникают
множественные кражи личного имущества отдыхающих, а также колес и фурнитуры с личных автомобилей на стоянках баз. И попробуй только, не заняться этим здешняя милиция (чьи силы, понятно, рассчитаны только на поселок). Будут тогда на милицию потоки жалоб («Вы поплатитесь за потерю мною внешнего вида!»), и покажется милиции
небо с овчинку.
          И вообще, пригородный житель, городского люби меня, как я себя. Поэтому, если содержатся на базах отдыха тысячи всесезонных сторожей (это в массе своей - не чемпионы
мира и Европы по безалкогольности. Сторожа, находясь вне контроля, за бутылку или денежный эквивалент дают приют всем: от гоп-компаний с дамским персоналом, состоящим совсем не из жен, до разыскиваемых милицией опасных преступников), то сторожа также должно лелеять не столь предприятие, нанявшее его сторожить базу, сколь здешний райисполком. И, случись на базах какой- нибудь казус, не директора предприятия зовут на разнос в облисполком, а секретаря райисполкома Л. И. Купову.
            И в пятницу произойдет очередной вечерний заезд на базы. И опять через поселок
Заречный пройдет на лед рать в непробиваемых брезентушно-овчинных латах, ощетиненная сталью и титаном пешней, коловоротов. Любой воевода устрашился бы этой рати, ушел со льда и запросил пардону. Он бы не победил эту рать. Да, кстати, побеждать ее и не надо. Но если бы, кладя начало, только в Свердловской области, только в Белоярском районе одному из местных руководителей удалось не победить, а всего только УПОРЯДОЧИТЬ заводские базы отдыха и правила пользования базами—ей-же-ей резонно было бы к фамилии этого руководителя через дефиску добавить: Белоярский.

Свердловская область -
Дагестанская АССР.



Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments