Максим (monetam) wrote,
Максим
monetam

Categories:

Век нынешний и век минувший ( по Ольшанскому)

Батька Лукашенко в эти августовские дни - это человек-метафора.
Он - это сам двадцатый век.
И этот двадцатый век - седой, хмурый, с трактором и автоматом, - стоит один против огромной толпы из двадцать первого века, толпы еврооптимистов, смм-менеджеров и авторов телеграм-каналов.
- Сдавайся! - кричат они. - Сдавайся, дед, прошло твое время. Твой автомат не стреляет, твой трактор - ржавый, а мы зато смотри какие модные и веселые. Вали отсюда по-хорошему, дед, с этой своей скучной картошкой. Тебе же весь цивилизованный мир говорит - сдайся уже, маразматик.
А он не сдается.
Стоит и нехорошо смотрит.
Ну, кто на меня?
И в этот момент уже вроде бы гарантированного победителя охватывает странное сомнение.
И будущее - такое сильное, свободное, счастливое, - вдруг понимает, что оно, пожалуй, не будет подходить близко к прошлому. Не будет слишком настаивать, а то мало ли что.
А двадцатый век где стоял, там и стоит.
Толпа смм-менеджеров, коучей персонального роста, бизнес-евангелистов и редакторок в белых кроссовках медленно пятится, она отступает, делая вид, что у нее просто другие планы на вечер, только и всего, - а двадцатый век где стоял, там и стоит.
- С ума сошел!
- Все равно скоро помрешь!
- Мы придем еще!
И они правы.
Время идет, и когда-нибудь так и будет.
Но жизнь устроена так, что она иногда продолжается вопреки времени, она продолжается, когда обязана оборваться, - и этот упрямый век, этот упрямый седой человек держится на последней черте и отказывается подчиняться.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 52 comments