Максим (monetam) wrote,
Максим
monetam

Сталин в головах

Главная тайна сталинского периода вовсе не в истинной причине массовых репрессий или точном числе репрессированных за дело и «за компанию». Непонятно, как в одной стране в одно и то же самое время могли уживаться серые улицы, «черные фары у соседних ворот», и солнечный праздник фильма «Волга-Волга»

Этот вопрос долгое время ставил меня в тупик. Ясно, что «Волга-Волга» это пропаганда. Но если пропаганда столь радикально отличается от объективной реальности, она не может быть работоспособна. Невозможно голодного убедить, что он сыт, показывая на экране немыслимые явства — озвереет. Невозможно запуганному населению в черно-сером 37-м показывать солнечный праздник, выдавая его за реальную жизнь страны. Никакие «черные воронки» на улицах не заставят людей поверить в такую картинку.

А пропаганда, между тем, была эффективна. Верили. Не будем же мы отрицать культ личности?

Как-то все это уживалось в одной стране, в одном обществе: черные воронки на улицах, чемоданчик со сменой белья в прихожей, непрерывный порабощающий страх и - беззаботные люди, Фонтан дружбы народов на ВДНХ, мороженое, Парк Горького с эстрадой и танцами теплыми летними вечерами, парашютные вышки, массовый энтузиазм... Похоже, эти реальности существовали параллельно, совершенно не пересекаясь.

Я долгое время ломал голову над тем, как такое возможно. Пока не осознал: а ничего ведь не изменилось.

Я каждое утро и каждый вечер иду по теплой солнечной Москве, и в моем мире не существует снующих по улицам «черных воронков». Я каждый день сижу на работе, и не чувствую на шее зажимающейся удавки цензуры. Я встречаюсь на улицах с друзьями, которых может быть четверо, пятеро и больше - и к нам не бежит озверевший ОМОН, чтобы избить дубинками. Наверное, все дело в том, что нам не приходит в голову подавать заявку на массовый поход в магазин за батоном.

Я не скрываю своих политических взглядов, открыто говорю о них, полемизирую с идеологическими противниками как от власти, так и от либеральной оппозиции, и не думаю, что за мной следит вездесущее КГБ.

В моей реальности «кровавый режим» - это оппозиционный интернет-мем, используемый кем ни попадя в каком угодно контексте , чаще всего с иронией.

Я ведь не один такой, правда? Вы тоже гуляете по улицам без согласования? Не кричите в трубку сотового «Товарищ полковник, я знаю, что вы меня слушаете»? Не выворачиваете на кухне лампочки и не перекрываете газовый кран, чтобы шепотом поговорить о политике? Нас таких, я искренне надеюсь, все-так много? Может быть даже большинство?

Но ведь прямо рядом с нами есть те, за кем следят, кого «слушают» и кто подает заявки на «шествие» гостей до места празднования собственного дня рождения. Я общаюсь с этими людьми и понимаю, что для них это только отчасти игра. А в значительной мере, и уже давно — страшная действительность.

Пообщайтесь с лимоновцами, из старых, у которых дома действительно стоит «тревожный чемоданчик» на случай внезапного ареста. В их реальности по серым улицам носятся черные воронки. Пообщайтесь с анархистами и леваками, узнайте про фашистских боевиков, подготовленных «фашистскими спецслужбами». Пообщайтесь с либеральной демшизой. Узнайте про всесильное КГБ, про репрессивную машину, про подавление и истребление гражданского общества, про тиски цензуры и уничтожение независимой прессы, начиная от разгона "уникального журналистского коллектива НТВ".

Для этих людей «кровавый режим» - не прикол, не мем, для них это определение. Когда пишут: «Арест Ходорковского. Россия вернулась в 37-й» - они действительно так думают. Они верят, когда говорят, что 37-й вернулся, раз прошли обыски в квартирах Яшина и Собчак. Они убеждены, что в стране идут массовые репрессии.

Сейчас вот оранжисты собираются на Пушкинской площади в Москве на митинг в защиту политзаключенных. Для них это не игра — хоть списки «политических» отличаются большим своеобразием. Здесь и Ходорковский, и Козлов, и так далее. Одна часть оппозиции не согласна со списками другой, другая не считает политзаключенными фигурантов первой, но в целом это действительно уже давно не игра.

Мир «черных воронков» совсем рядом. Он мал, незаметен, но он существует, и его люди действительно уверены, и поддерживают убежденность друг друга, что живут в «страшном 37-м».

Совсем просто представить себе, что случится, если это меньшинство получит исключительное право писать историю: другой автор, в другом издании через каких-то 50 лет будет ломать голову над тем, как совмещаются запуганный мир 2012-го, с его серыми улицами и «черными фарами», и фильм, скажем, «Питер ФМ».
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments