Максим (monetam) wrote,
Максим
monetam

Categories:

Про исторические источники (18+)

           Исторические источники- явление зачастую сложное. Понимать их, правильно объяснить – надо уметь, и умение это непростое. Исторические события, большие ли, маленькие ли,  часто сопровождаются  весьма разнородным, и подчас оглушительным  валом  искажения информации о себе,  как умышленном, так и неумышленном, и разбираться  в этом гуле правды, полуправды и лжи  порой сложновато.
 К примеру, если вы хотите рассказать о « простой жизни  советского человека  после  войны», то  фотографии  таких вот «простых людей» из журнала Огонек второй половины  1940-х годов  надо использовать очень осторожно – уж что-что, а напрямую про  реальную «простую жизнь советского человека» они не расскажут.
Я же  хочу рассказать достаточно жуткую историю  про  те же  исторические источники в виде фото и киносъемки, которая произошла во времена Отечественной войны, а именно – в начале ноября 1941 года в оккупированном немцами Волоколамске.

       В начале войны в Москве была создана войсковая часть №9903 специального назначения, в которой готовились разведывательно-диверсионные и партизанские группы. При приближении немцев к Москве во второй половине ноября в нее массово направлялись комсомольцы-добровольцы из Москвы и Московской области. После короткой подготовки в начале ноября они начали действовать. Одна из первых групп из восьми человек 4 ноября была направлена в оккупированный Волоколамск.
        Подготовка группы была слабой, и их быстро схватило боевое охранение немецкого арт. полка из состава 2 танковой дивизии, взрыв штаба которого и был целью диверсантов. Разбирательство было недолгим, командование быстро поняло по  обнаруженной взрывчатке и неместному происхождению группы  что это за люди такие, и, поскольку допрос при применении побоев ничего не давал, то юных пленников (возраст был от 16 до 29 лет) приказали расстрелять, а трупы- повесить ради  воспитательного эффекта на население – дабы то представляло, что ему грозит за сотрудничество с партизанами и разведчиками.

                20 декабря  Волоколамск уже был освобожден советскими войсками, и одним из первых дел, которые совершили бойцы занявшей город военной части, было то, что трупы с виселицы сняли.
      А вот дальше пошло интереснее:
      В  день освобождения Волоколамска в город приехал фронтовой кинооператор Роман Кармен, будущий лауреат многих государственных премий, да и на тот момент уже известный своими киносюжетами с гражданской войны в Испании – он был одним из многих, кто тогда снимал на фронте материалы для будущего фильма «Разгром немецких войск под Москвой». Дальнейшее следующим образом деликатно описано в вышедшей в 2010 году книге «Цена кадра. Советская фронтовая кинохроника 1941-1945 г.г. Документы и свидетельства».
«В кинематографическом сообществе бытует жутковатая легенда о том, будто бы автор данной съемки Р. Кармен прибыл к месту казни уже после того, как казненных вынули из петель и их тела готовили к захоронению. Дабы точнее задокументировать преступление фашистов, Кармен будто бы настоял на повторном повышении и осуществил съемку методом «восстановленных съемок». В правдивость этой истории трудно поверить. Однако в архиве НИИ киноискусства имеется видеозапись воспоминаний фронтового оператора, ныне покойного (фамилию его из этических соображений не называем), который излагает и комментирует эту историю как несомненный факт».
Фотографии этот факт подтверждают.
На фоне вновь повешенных был проведен митинг, на который собрали местных жителей.
Кадры с митинга попали в фильм.
Таким образом, исторический источник имел реконструктивную основу.
Это ничуть не удивительно: такую основу составляют практически все советские фото и кино-кадры времен  войны, и причины тут всякие: корреспонденты  старались для своих газет, и прекрасно понимали, какого рода должны быть  фото; прибавьте к этому  несовершенство фототехники, ибо тогдашние фотоаппараты ну никак не походили на те, которые встроены в современных мобильных телефонах, время и трудозатраты, необходимые для того, что бы отщелкать  фотопленку , а так же капризность техники - были очень велики.

Так вот, во всей этой истории  меня и поразила эта вот жуткая часть фото и кинореконструкции.
С одной стороны, никакой неправды в ходе съемок  сконструировано не было.

 А с другой стороны – насколько этически оправданы вот такие приемы ради эффектной съемки ?
 Примерил на себя  вот такую способность эти приёмы применить- и… понял, что  сейчас , в современном своем состоянии, конечно бы, не применил. Но в своем состоянии я бы не очутился ни на войне, ни, главное, в советской кинематографической организации. А вот если бы  я годами ранее стал бы  членом этого творческого коллектива, да  проработал в нем какое то время, да свыкся с ним, и с всем окружающим, то… То таки да , наверное, смог.

   В «Ахипелаге…» Александр Исаевич Солженицын рассуждает  том, откуда же взялись в нашей жизни те люди, которые потом ему казались чудовищами- сотрудники НКВД, следователи, оперработники. И сам на него отвечает – да из нас с вами, из всех наших близких и хороших друзей и людей, из меня самого и, наконец, вполне  могло такое  выйти ! И, видимо, да: раз задание редакцией поставлено, и если средства к  его выполнению в итоге есть, то и методами стесняться особенно не надо.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments